Анжела Тайхом - Пути любви

И действительно, кого здесь только не было. И Генриха XIII, окруженный своими шестью женами, и мадам Помпадур - любовница Людовика XIV, и пастушка, и арлекин в цветастом наряде...

Гейл засмотрелась на первого, довольно правдоподобно изображавшего из себя Генриха XIII. Его дамы были как на подбор хороши. Статные, они о чем-то щебетали, склонив свои головки с разноцветными волосами. А тот, посверкивая своими светлыми глазами - отсюда было не видно, какого они цвета, просто серые или голубые - уже во второй раз задержал на ней свой взгляд.

Для Генриха XIII тот был худощав, однако шикарная борода, усы и продолговатая шапочка того времени не оставляли сомнений, что перед вами, сам, Его Величество . Да и его костюм - пурпурно-красный, расшитый золотом, с накидкой, отороченной бобровым мехом, никак не мог принадлежать кому-нибудь другому. Длинные сильные ноги в бежевых чулках, украшали золотистые подвязки, Гейл была не единственной женщиной в этом зале, что украдкой любовались этими мощными икрами.

У него был довольно пристальный взгляд. Очень пристальный и... одобрительный. Гейл прикрыла свою полуобнаженную грудь - коей так заинтересованно любовался "Генрих", веером и тут же увидела, как Его Величество неодобрительно покачал головой.

Она отвернулась, намеренно глядя на Эллиота, который рассекая толпу с мученическим видом, словно бы нарочно заглядывал каждому встречному в лицо. Его кто-то толкнул, а другая женщина рассмеялась и поинтересовалась, а не пришел ли он, забрать ее кошелек? Гейл поморщилась, представив себе, что ей придется выслушать от Эллиота после ...

Краем глаза, она успела заметить, как "Генрих", что-то сказав своим дамам, направился в ее сторону. Дамы довольно захихикали. Гейл энергично начала обдувать свое разгоряченное лицо, а потом и вовсе дала деру, не желая встречаться с наглым незнакомцем. Но тот опередил ее, загородив дорогу и степенно поклонился. Бежать дальше было бы трусостью.

- Куда же вы убегаете, моя прекрасная наяда? - проговорил "Генрих" приятным, вызывающим мурашки бархатным тоном. - Неужели я испугал вас?

Гейл недовольно поджала губы.

Ясно. Перед ней законченный ловелас. Распутник. Бабник. И очередной повеса. Почему-то некстати вспомнился Джослин...

Но почему-то вместо того, чтобы развернуться и уйти, она присела в шутливо-ироничном реверансе и ответила:

- Совсем нет, Ваше Величество.

Пока она приседала, "Генрих" погрузил взгляд в ее декольте. Он даже слегка покраснел, словно увиденное, явно его "порадовало". Гейл как можно быстрее поднялась, досадуя на себя за глупость, и уже хотела тотчас уйти, как "Генрих", словно прочтя ее мысли, завладел ее рукой.

Поднеся ее к своему рту, он слегка защекотал ее бородой, но не поцеловал. Так, один жест. При этом он так и не отрывал своего взгляда от ее груди, до тех пор, пока Гейл не дернулась. Он тут же словно опомнившись, интимно зашептал:

- Вы так ослепительно прекрасны!

- Надеюсь, ваше зрение не пострадало! - едко парировала она, раздумывая, как бы вырвать от него свою руку.

Он вдруг расхохотался.

- Моя дорогая, да у вас еще и прекрасное чувство юмора!

И вновь поднес к губам ее руку, но на сей раз поцеловал, глядя прямо ей в глаза.

Да, если не кривить душой, то теперь, когда он перестал смотреть на нее так вызывающе неприлично, она могла признаться себе самой, что он... приятен. У него оказались серо-голубые глаза. Что впрочем, неудивительно, у нее была явная склонность к этому цвету глаз...

- Поверить не могу, что такое сокровище и совершенно одна...

В его тоне звучал легкий вопрос, он словно бы ждал ее опровержения, но Гейл уклончиво сказала:

- Зато вы пришли сразу со всеми шестью женами.

"Генрих" оглянулся на группку своих "жен".

- Забавно, не правда ли? Никак не ожидал подобной встречи. Вначале, ко мне подошла только одна и тут же заявила на меня свои права, а потом вдруг появилась вторая, третья... Я чуть было не разорвался на части, до тех пор, пока не увидел вас и не подумал - это мое спасение!

- О, вряд ли меня можно причислить к богиням спасания.

- И не надо, моя прекрасная фея! Самое главное, вы не имеете никакого отношения к моим женам.

Его голос на мгновение потерял свою бархатную тягучесть и в нем прозвучала издевка. Гейл недоуменно взглянула на него. Но она так и не успела понять, над ней он издевался или над собой, потому как тот, вновь заговорил своим обволакивающим тоном...

- Вы действительно сказочная фея. Потому, сколь не всматриваюсь я в ваше лицо, не слушаю ваш голос, я не узнаю вас.