Мэри Эдвардс - Где-то, когда-то…

Шарлотта сердито повернулась и направилась прочь. Но сильная рука удержала ее.

— Не надо бежать от меня, Шатти, — уверял Морт, притягивая ее к себе. — Ночью я буду дежурить, и сейчас хочу поспать. Кем бы я ни был, гориллой, королем или человеком, — процитировал он доставшиеся от нее титулы, — я все же нуждаюсь в отдыхе.

Шарлотта медленно окинула его взглядом, злость уступала место унижению и она начала осознавать, что вела себя, как ребенок.

— Пожалуйста, скажи, где бы я мог поспать? — настаивал Морт.

Шарлотта повернулась и молча повела Морта вдоль веранды, затем через дверь в коридор, где располагались четыре небольших спальни.

— Которая из них твоя? — спросил Морт. Затем, чтобы пресечь нежелательную реакцию с ее стороны, добавил: — Шатти! Почти неделю я не спал в кровати. У меня нет ни желания, ни сил, чтобы физически или психологически бороться с тобой. Сегодня ночью я хочу, чтобы Кейт спала с тобой, а Гай в соседней комнате. Таким образом, мы все будем близко друг к другу… А сейчас, пожалуйста, покажи свою комнату.

У Шарлотты вспыхнуло лицо и она показала на первую дверь.

— Вот эта, — сказала она, чувствуя себя абсолютной идиоткой.

— Тогда я оккупирую вот эту.

Открыв соседнюю дверь, Морт обнаружил там две койки с матрасами.

— О, — смущенно пробормотала Шарлотта, вспомнив, что ей следовало бы взять простыни, прежде чем заходить в комнату. — Я возьму постельное белье, — заявила она решительно, затем повернулась, не ожидая его ответа и не увидев улыбки, появившейся на лице Морта. Если бы она знала, в каких условиях ему приходилось спать последние пять ночей, то поняла бы, что голые матрасы — уже подарок судьбы.

Вернувшись с простынями, Шарлотта нерешительно остановилась в дверях. Морт сидел на одной из кроватей и расстегивал рубашку.

Он не заметил появления Шарлотты и мгновение она наблюдала за ним. Во всем его теле ощущалась страшная усталость и изможденность. Интересно, что он делал до того, как появился в госпитале. Он выглядел таким утомленным.

Морт поднял голову и выражение его лица мгновенно изменилось, уступив место улыбке, которая снова скрыла напряжение и усталость, только что виденные Шарлоттой.

— Если все это предназначено мне, то сначала на меня надо вылить не один ушат воды, — сказал он, с изумлением глядя на чистые простыни в руках Шарлотты.

— В конце коридора есть душ, — ответила Шарлотта, кивнув головой в направлении ванны. Затем поспешила вперед и бросила простыни на пустую койку.

— Душ? — приподнял брови Морт. — И даже вода? — закончил он с недоверием.

— Да, — кивнула Шарлотта, улыбаясь. — Мы обеспечили себя водой пару дней назад. Ох, да ведь она холодная. Они разбили генератор, — добавила она, вспомнив, что натворили здесь бандиты.

— Могу я одолжить полотенце? — попросил Морт.

— Разумеется, у нас их полно, — тепло улыбнулась она человеку, которого поклялась ненавидеть. Но теперь, после того, каким она увидела его на кровати и поняла, что он всего-навсего лишь человек, она испытала потребность проявлять заботу. Он действительно страшно устал, о чем и говорил ей, и кроме того, он тоже обеспокоен. Это было заметно по его хмурому взгляду, когда она тайно наблюдала за ним.

— Я пойду и принесу полотенце, — неожиданно сказала она и почувствовала себя глупой, словно вслух высказала свою озабоченность.

Когда Шарлотта вернулась с полотенцем и куском мыла, то не могла сдержать возгласа удивления. Морт стоял возле окна, повернувшись к ней спиной. Он был уже без рубашки, и Шарлотта увидела, что его левое плечо являло собой сплошной почерневший синяк, а через всю лопатку шла сильно загноившаяся ссадина.

— Что ты сделал с собой? — воскликнула она, когда он повернулся и ей открылись раны, покрывавшие левую половину его тела, часть груди и ключицу. — Почему ты ничего не сказал?

Морт криво усмехнулся.

— Мы шли рекой и подошли к водопаду. Я решил, что быстрейший путь — это вниз со скал… Но это оказалось быстрее, чем я ожидал.

Он сделал гримасу, дескать, нечего вспоминать прошлое.

— Не волнуйся, я выживу.

— Надо сделать перевязку, — заключила она, сделав профессиональный осмотр и позабыв, что дала обет больше к нему не притрагиваться. Шарлотта осторожно прощупала поврежденные места, изучила их глазами специалиста. Она не обнаружила ни переломов, ни смещенных костей, а большая ссадина не будет выглядеть столь устрашающе, если ее хорошо очистить. И все-таки, все это довольно мерзко и, должно быть, болезненно. — Где же он кончается? — спросила она без тени смущения, исследуя синяк, который исчезал под ремнем брюк.