Игорь Хорр - Праведник

— Прошу, прошу, — Шумкин грубо растолкал стоявших у двери мужиков, быстро освободив проход. — Проходите, мистер Блейк. Будьте как дома.

Блейк шагнул за порог. За ним вошел Володя. Следом зашли мужики.

— Бек здесь? — тихо спросил Шумкин.

— Тута, — ответил тот же молодой мужик, — ждет, черт нерусский. Ну и харя все же у этого иностранца. Не нравится мне. Объ…ет он нас. Чует мое сердце, как есть облапошит.

С бандитом Тамеркаевым Джеймс Питер Блейк познакомился за четыре месяца до излагаемых событий. После многих неудачных попыток договориться с владельцами Саранского конезавода о выкупе кобылы Раисы (а именно с такой целью прибыл в Россию бывший жокей) англичанин решился пойти на самый крайний вариант, а именно — заполучить чудо-лошадь преступным путем, попросту выкрасть ее из конюшен конезавода и каким-нибудь образом переправить своим хозяевам за границу. Время поджимало. Заканчивался срок аккредитации Джеймса Блейка в России. Его работодатели уже перестали надеяться на него. Рушились мечты о спокойной и беззаботной старости — обещанное за удачно проведенную операцию вознаграждение вполне бы позволило разорившемуся англичанину безбедно провести остаток лет.

Короче говоря, похищение кобылы Раисы казалось для Джеймса Питера Блейка единственным шансом обеспечить себе жизнь, и он решил приложить все усилия, чтобы не упустить его.

Около двух месяцев ушло на разработку плана операции. План этот включал в себя целую серию подкупов, угроз, запугивании и шантажа. Не исключал он также и убийства. Блейк собрал обширные сведения о конезаводе и его работниках, изучил их до мельчайших подробностей, но при этом план все равно оказался абсолютно невыполнимым. Внедрившись в криминальные круги Мордовской и близлежащих губерний, мистер Блейк вышел на нескольких матерых бандитов, обладающих широкими связями и возможностями, однако никто из них не взялся даже попытаться выполнить задуманную иностранцем операцию. Кроме того, общение с преступными элементами принесло несчастному англичанину немалые неприятности. Так, на одной из воровских сходок, куда жулики привели Джеймса Питера Блейка, его попросту ограбили — забрали все имеющиеся деньги, раздели чуть ли не до исподнего и вытолкали на улицу. Дело было зимой, и мистер Блейк, человек со слабым здоровьем, едва не слег.

В другой раз, в Саратове, преступники нагло обманули наивного иностранца. Они вроде бы одобрили его план, согласились уже взяться за дело, получили приличный задаток в долларах и разбежались — так их мистер Блейк и видел. После этих двух случаев неудачник Блейк утратил уже всякую надежду. Он отбил своим хозяевам в Лондон телеграмму, в которой сообщил о полной своей несостоятельности, а также просил в последний раз выслать ему небольшую сумму на дорогу домой.

В ожидании ответа Джеймс Питер Блейк целые дни проводил в своем номере, в дешевой саранской гостинице «Серебряное копыто». Большую часть времени он спал и часто видел во сне один и тот же кошмар — он, Джеймс Питер Блейк, бывшая знаменитость, герой рекламных роликов, сидит на холодных камнях старой лондонской мостовой, перед ним лежит грязная, старая, оборванная шапка-ушанка, куда прохожие, оглядывая его полными сострадания взглядами, кидают мелкие монеты. После каждой подачки бывший чемпион крестится, кланяется низко к шапке и трясет седой, плешивой головой.

В один из таких дней, в начале февраля, когда мистер Блейк спал, как обычно, уткнувшись в подушку, в его дверь постучали.

— Come in! — сквозь сон по-английски произнес иностранец.

Будучи почему-то незапертой, дверь отворилась, и на пороге показался прекрасно одетый, невысокий стройный человек хорошо известной нам, дорогой читатель, наружности. Мистер Блейк заворочался в постели, но не проснулся, лишь отвернулся лицом к стене и еще плотнее закутался в одеяло. В комнате было прохладно. Вошедший закрыл за собой дверь, прошел в комнату, сел, закинув ногу на ногу, на стоявший напротив кровати стул и несколько минут молча разглядывал иностранца.

— Мистер Джеймс Питер Блейк? — наконец произнес вошедший.

Англичанин не шелохнулся.

— Мистер Блейк! — громче повторил кавказец. Он говорил почти без акцента, но с сильно ощутимой, явно нерусской жесткостью в голосе.

Англичанин поднял голову.

— Мистер Блейк, — в третий раз так же жестко, но спокойно повторил чеченец. — Да проснитесь вы.