Я стояла одна, до конца не осознавая и не догадываясь, насколько сильно в тот момент изменилась моя жизнь. Сердце наполнилось горечью, которая разъедала меня изнутри. Именно в тот миг, когда я нуждалась в родительском тепле, я и увидела его глаза – глаза Уилла, в которых были ужас и сочувствие.
Возле дома собралась толпа соседей, которые бурно обсуждали происходящее. Где-то недалеко послышались сирены пожарных машин, что становились все громче и громче. Соседи мне что-то говорили, кто-то задавал вопросы, кто-то сочувствующе сжимал мою руку, кто-то подбадривающе стучал по плечу или поглаживал по спине… Но я никого не слышала и не чувствовала прикосновений. Внутри было так горько и одиноко.
Я ведь выбежала из дома совсем ненадолго. Я не верила, что родителей больше нет. Не могла в это поверить. Это невозможно! Для меня они были вечно живущими. Но ведь мне таких обещаний никто не давал… Почему я так слепо верила в это и не ценила каждый миг, проведенный вместе с ними? Почему я не осталась дома? Я так сильно увлеклась игрой в прятки, что выбежала на улицу, чтобы меня было трудней найти. Это было нечестно!
Я смотрела на дом, точнее на то, что от него осталось, и перевела взгляд на толпу соседей. А вдруг мама и папа сейчас выйдут из этой толпы, улыбаясь, протягивая руки и раскрыв объятия? И я побегу, побегу изо всех сил. Я обгоню ветер, если будет надо…
Но суета вокруг, жалость в глазах соседей, каждый раз, когда они смотрели на меня, отнимали у меня эту надежду.
Отчаяние и осознание реальности переплелись в жестокой схватке со слепой надеждой. Но исход этой битвы был определен. Надежда затухала, а реальность продолжала хлестать своими невидимыми кнутами все сильнее и больнее.
Я заметила Элу, стоящую в сторонке в одиночестве. Глаза ее блестели. Мне даже почудилось, что у нее на щеках застыли слезы и лицо выражает глубокую скорбь, хотя она и не общалась с моими родителями. Рот у нее шевелился, словно она с кем-то разговаривала. Элу неожиданно посмотрела на меня, и я поймала ее взгляд. Мне показалось, что она улыбнулась. Ветер донес до меня ее слова:
– Покойтесь с миром… Я позабочусь о вашей малышке Лили.
По-видимому, Элу разговаривала сама с собой. Она всегда была странной.
Я вновь взглянула на дом, где сейчас уже возились пожарники, оградив участок дома лентой от любопытных соседей. И тут мою руку взял он. Я обернулась и увидела Уилла, который учился с нами в одном классе. Он молча, понимающе приобнял меня одной рукой и смотрел со мной на суетящихся вокруг пожарников и людей. Мы глядели на тлеющие остатки сгоревшего дома, которые все больше отдаляли меня от родных людей и погружали в океан скорби. Я посмотрела Уиллу в глаза, и мое сердечко, которое пылало ярче пламени устрашающего пожара, немного остыло. Я сильно прижалась к Уиллу, боясь отпустить его и остаться одной. В тот ужасный день он поселился в уголке моего сердца, заняв важное место в нем… навсегда. Он – моя судьба.
* * *
– Как ты? – голос Уилла резко вернул меня в больничную палату. Я быстро собрала пазл в своей голове. «Да! Уилл мой жених!» – произнесла я про себя. Недоумевая, я продолжала смотреть на него и даже почему-то немного удивилась. Жизнь так благосклонна ко мне! Без сомнения, возвращение в этот мир в его присутствии было гораздо приятнее. Попытавшись улыбнуться, я шагнула на встречу к Уиллу.
– Привет, Уилл, – негромко поздоровалась я.
– Готова ехать домой? – улыбаясь, спросил Уилл.
Я кивнула и задумчиво отвернулась к окну, пытаясь быстро собрать мысли воедино и вспомнить детали нашей последней встречи. К сожалению, эти воспоминания не удостоили меня своим присутствием. Внезапно, я почувствовала руку на своей талии. Я вздрогнула так сильно, что чуть не подскочила на месте. Уилл в недоумении отшагнул назад. Да что со мной? Чего я так боюсь? Это прикосновение мне было очень знакомо, но на тот момент оно почему-то вызвало во мне холодок тревожности. А вдруг это он пытался меня убить? Я застыла. Уилл молча наблюдал. Мне внезапно стало стыдно за свои мысли. Ну уж нет! Да и какие мотивы у него могли быть? Уилл – мой жених! Мысли носились в моей голове, как маленькие шаловливые чертята, и тревога, которая поглощала меня до этого момента, наконец-то ослабила свою хватку. Дурные мысли тоже испарились – всего-то надо было увидеть Уилла так близко и взглянуть ему в глаза. Свою тревожность я сочла последствием аварии. Шок. Травма. Или как еще называют такие проявления доктора? Теперь все хорошо. Я была дома. Ну или почти дома. Я немного повеселела, в первый раз за долгое время, чувствуя себя в безопасности. Уилл продолжал настороженно наблюдать. Я уставилась на него. В голове уже крутилась другая мысль: «Подойди и обними меня скорей». И, будто услышав мои мысли, отчего мне даже стало немного не по себе, Уилл подошел ко мне и обнял. Я с удовольствием ответила ему взаимностью. Глаза закрывать я не стала – а вдруг это сон, и я сейчас проснусь. Представляя лицо Уилла, я думала о том, как же приятно обниматься. После этой согревающей мысли глаза у меня все-таки закрылись, и я просто наслаждалась этим прекрасным моментом. Как же мне этого не хватало. Я открыла глаза и обрадовалась – это был не сон.
Читать дальше