- Здорово, Серёга! – поприветствовал меня Толик, когда я догнал его на квадрике.
- Привет!
- С рыбалки? Как улов?
- Пойдет..
- Тебе яйца домашнего не надо? А? – с надеждой спросил Толик, - Несутся как угорелые, каждый день по сорок штук яйца.
- А почем яйцо?
- Да, так забирай…, - отмахнулся Толик, - задолбался я его по соседям распихивать.
- Так не надо,…. рыбу возьмешь?
- А что у тебя? Покажи?
После недолгих смотрин, Толик выбрал двух лещей. На язей посматривал, но сам понимал, что три десятка мелкого яйца, которое он только что предлагал даром, на столько рыбы не тянут. В итоге взял двух лещей, чтобы посушить себе к пиву. Пиво Толян пил не по детски, пять литров каждый вечер. Это с его слов, поскольку за этим занятием его никто не видел, и мужских гаражных компаний по распитию спиртных напитков он избегал.
Так состоялась наша бартерная сделка. Помыв перед гаражом на скорую руку квадрик, я уже было собрался домой, как подошел ко мне Василий, зять соседа Юрия Владимировича. Он поздоровался, сообщил новые сведения о рыбалке, где и кто из знакомых сегодня был и сколько чего поймал. А потом достав телефон, показа мне фотку.
- Дядя Сережа, я знаю, ты ножи клепаешь, сделай мне такой.
На фото был Рэмбо с его знаменитым ножом.
- Вася, ножи я делаю, но за такой не возьмусь.
- А чего?
- А за изготовление такого ножа статья три гуся мне светит.
- Да, ну…, - не поверил мне Василий, - их говорят даже в охотнике одно время продавали.
- Может, и продавали, не спорю, но одно дело заводские ножи, заводу никто ничего не предъявит, а мне запросто.
- Тестю моему же делали, он до сих пор довольный ходит.
Тестю Василия я делал нож по образцу финки дедушки Янне Мартини, из хорошей стали. Но финки такие никогда холодным оружием не числились. Хозбыт, чистой воды хозбыт. А то, что просил Василий – по всем параметрам холодняк, к бабке не ходи.
- Для чего тебе такой нож? – полюбопытствовал я, Им же ни рыбу почистить, ни шкуру с зайца снять? Или ты в рукопашную на медведя собрался?
Василий рассказал, что мол у кого-то в компании на охоте он такой видел и теперь тоже хочет. Понты одним словом. Охотник без понтов - беспонтовый охотник. Так же как рыбак не соврет, не рыбак….Три язя по совести у меня тянули около трех с половиной килограмм. Но два леща около двух кило были однозначно, мамой клянусь. Чтоб мне на рыбалке не бывать и на лодке не кататься!
***
- Ты же моя милая! Ты же моя красавица! Соскучилась моя лапочка? – говорил я, придя домой. – Как ты тут без меня? Что делала? А чем это у нас так вкусно пахнет?
- Пиццей в духовке, - отозвалась из кухни жена.
- Понятно…Слышала кошатина? – продолжил я, гладя мурлыкающую кошку, встретившую меня в прихожей, - Нас сегодня пиццей будут баловать.
- Рыбу привез? Почистил? – уточнила супруженция.
- Я воль мой фюрер!
- Какой я тебе фюрер? Только кошка от тебя ласковые слова слышит?
- Так кошка же на меня не ворчит, и меха, больше чем на ней не просит, ей своего хватает.
- Я же обидеться могу?
- Да ладно. Иди сюда, я тебе за ушком почешу…
- Я тебе не кошка…
- Знаю. Ты у меня тигра полосатая и жутко любимая…Потому, что большая такая кошка, - сказал я, привлекая к себе подошедшую жену.
Дальше пошло, как в индийскийских фильмах, а ещё дальше как в фильмах для взрослых….
С женой мы постоянно собачимся по мелочам, но самое смешное, что отношения после этого только крепчают.
- Тю….от тебя рыбой пахнет. – заявила жена.
- Зато от тебя пахнет любимой женщиной.
- Это как? – кокетливо поинтересовалась она.
- Ну, так и пахнет.
Это я затруднялся объяснять. Одно знал, и как-то попытался объяснить взрослому сыну. В женщине тебе должно нравится всё, но в первую очередь запах. Красота с возрастом увядает, а если запах чувствуешь, что это твой родной, то и через двадцать лет у тебя будет на запах ст… э-э-э…рефлексы.
А пицца была как всегда великолепна, это вам не жалкая лепешка с видом колбасы и запахом сыра. Это была настоящая такая полноценная еда, где колбасы от души, баклажанов, помидоров, болгарского перца, и сыра немерянно, и хоть сын и говорил, что у нашей мамки это не пицца – а пирог, но ел так, что за ушами трещало.
Читать дальше