– А разве бывает по-другому? – Шери приподняла брови. – Да и трудно было не заметить парней, которые гостили у нее дома! Конечно, это случалось не часто – всего пару-тройку раз, насколько я могу судить. Все такие из себя нарядные. Как финансисты или еще кто в этом роде. Но на вид – невзрачные.
Лира подумала про Агентов, которые иногда являлись инспектировать Хэвен, и по спине у нее пробежали мурашки. «Эти люди». Так их всегда называли медсестры.
Шери покачала головой:
– Но о вкусах не спорят, верно?
Лира сообразила, о чем еще надо спросить, и наморщила лоб.
– Значит, она раздала свои вещи, – сказала Лира, и вдруг ее осенило. – Она и вам что-то подарила, да? – А если медсестра Эм оставила Шери что-то важное? Может, она дала ей что-то связанное с Хэвеном и с той «прионной» работой, которой занимались в институте?
Может, она вручила Шери лекарство от прионной болезни.
Шери пришлось опереться о стол, чтобы встать.
– Никогда не могла подыскать для них место. И выкинуть тоже рука не поднималась. Хотя она заявила, что я могу их выбросить. Правда, сперва она попросила меня, чтобы я разобрала эти штуковины и продала рамки, если захочу. Но я, естественно, ничего такого не сделала.
Шери поплелась в другую комнату. Семьдесят Второй вопросительно посмотрел на Лиру, и та лишь пожала плечами. Похоже, силы оставили ее. Оказалось, что здесь, в реальном мире, нет никаких ответов – ничего нет, кроме необозримого пространства, всяких диковинных вещей, непонятных впечатлений и чужаков. Да, чужаков. Они общались с ней, поскольку и ведать не ведали, кто она такая, и возненавидели бы ее, если бы все узнали. Она – носитель прионной болезни. Одноразовая вещь.
Выхода нет. И она скоро умрет.
В Хэвене она не испытывала желаний. По крайней мере, она никогда не хотела чего-то особенного. Она чувствовала себя голодной, уставшей, скучающей и измученной. Она хотела дополнительную порцию еды и воды, хотела подольше поспать, мечтала избавиться от ноющей боли или погулять во дворе. Но у нее никогда не было стремлений, которые побуждали бы ее что-то сделать. Раньше она не имела столь четких намерений, воплощение которых в ее жизнь было бы не концом, а началом чего-то нового.
У нее никогда не было цели. Но теперь появилась. Лира хотела понять.
И это заставило ее почувствовать себя человеком, как никогда прежде. Она заслуживала большего. Она чего-то достойна.
Лира изумилась, обнаружив, что держит Семьдесят Второго за руку. Она посмотрела на него, и ее опять охватило волнующее ощущение – как будто ее тело стало невесомым. Когда Шери вернулась на кухню, неся три небольшие картины в рамках, Семьдесят Второй отнял у Лиры руку.
Шери положила картины на стол.
– Они вообще-то не в моем вкусе, – пояснила Шери.
На них были изображены детально прорисованные человеческие органы. Лира предположила, что они скопированы из какого-нибудь учебника. Она видела множество подобных рисунков в медицинских пособиях.
– Я люблю моих кошек, и акварели, и картины маслом. А графика – нет, это не мое.
Лира мысленно возразила ей, что графика бывает очень красивой. Лире нравилась выразительность мышц, четкость костей и даже выцветшие надписи, слишком мелкие, чтобы их можно было разобрать, обозначающие разные анатомические детали. Однако она была донельзя разочарована. В иллюстрациях не нашлось ни тайного послания, ни волшебного ключа, отпирающего любые замки.
Зазвонил телефон. Шери встала.
– Конца и края этому нет, – проворчала она. – Я сейчас, через минуту вернусь.
Когда Шери ушла, другой кот, на сей раз серый, запрыгнул на стол. Лира машинально схватила одну из иллюстраций в рамке, чтобы кот на нее не наступил.
– Зачем ей животные в доме? – прошептал Семьдесят Второй.
Лира не могла ему ответить, ее и саму мучил такой же вопрос. Она нащупала выступ на задней стороне картинки и поспешно перевернула ее, ощутив прилив надежды.
Выяснилось, что холст прикрепили скобками к деревянной рамке. Но если с двух сторон скобки были на месте, то с двух других сторон их не хватало, и недостающие были заменены каплями клея, которые поблескивали на расстоянии примерно дюйма друг от друга. Некоторые из капель просочились наружу и застыли на дереве. Лира, как и другие реплики, тратила изрядное количество времени на поиски тайников, куда можно было бы спрятать свое скудное имущество.
Она моментально заподозрила, что в картинке, которую медсестра Эм отдала Шери, было что-то припрятано…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу