– Пэнари это религия, основанная на вере в то, что вы вернётесь уничтожить зло, ну или что-то в этом духе. Нет, вот! Я думаю вам нужно с кем-то сразиться. Знаете, тот, другой, который злодей... уф, всё такое эльфийское... написано вычурным языком и сдобрено метафорами и прочим...
– Знаешь, Вёрджил, ты довольно бесполезен как источник информации… – ответила она.
Этот разговор начал меня утомлять. По-хорошему, сейчас стоило бы осмотреться, может есть ещё выжившие, может кто-то нуждается в помощи. А ещё стоило бы устроиться на ночлег, всё-таки уже почти ночь.
– Я же говорю, я новичок во всём этом. – Сделал я ещё одну попытку объясниться. – Представьте, каково мне... вот вы, Избранный, тьфу, Живущий или теперь я должен говорить Живущая? Я даже не могу вспомнить кем вы должны быть. Пожалуйста, пойдёмте со мной в Окутанные Холмы, там мы поговорим со Старейшиной Йохимом. Он очень сведущ в Пэнари и знает куда лучше, что теперь делать...
– Хорошо, – согласилась она с видимой неохотой, – пойдём, поговорим с этим Йохимом и разберёмся во всём.
– Отлично, путь ведущий отсюда в Окутанные Холмы идёт в низ на юго-восток. По дороге мы остановимся возле часовни Пэнари… посмотрим, поможет ли она что-то прояснить.
Дым окончательно рассеялся, я окинул взглядом окружающую нас бойню и предложил ей:
– Давайте сначала осмотрим здесь всё, возможно найдутся другие выжившие? Что скажете?
– Конечно, – согласилась она, озираясь по сторонам.
Когда её взгляд остановился на одном месте, я посмотрел в ту же сторону, куда и она. На земле лежал огромный полуогр, одетый в костюм стюарда. Женщина двинулась к нему, и я отправился следом. Ранее мне доводилось наблюдать последствия кровопролитных схваток и сталкиваться с ужасными ранами, но всё же от увиденного меня скрутил рвотный спазм. Тело полуогра оказалось перерублено пополам, вокруг валялись выпавшие из живота внутренности. Зрелище, что называется, не для слабонервных. Тем не менее эта странная женщина разглядывала расчленённый труп с любопытством бывалого анатома. У меня возникло ощущение, что окружающий нас хаос совсем не ужасает её, скорее вызывает интерес.
Пока я стоял посреди пепелища, стараясь взять себя в руки, она как ни в чём не бывало разгуливала от одного трупа к другому, пытаясь нащупать пульс или уловить дыхание. Когда стало понятно, что выживших нет, она принялась рыться в личных вещах погибших. Я попытался протестовать, но она лишь отмахнулась, сказав, что иначе всё достанется горным волкам и мародёрам. Мне оставалось только согласиться, взяв с неё обещание передать найденные ценности родственникам погибших.
Неподалёку от того, что когда-то было хвостом дирижабля, мой взгляд зацепился за странные обломки, непохожие на элементы его конструкции. Когда мы подошли поближе, я узнал в них аппарат, врезавшийся в воздушный корабль.
– Что это? – Задумчиво произнёс я. – Выглядит как странный летательный аппарат, но куда меньше дирижабля… Я ничего подобного раньше не встречал…
– Да, согласилась моя спутница, – Выглядит как те машины, что напали на нас...
На изломанном корпусе я различил табличку "Maxim Machinery, Каладон".
– А не огр ли там, среди обломков? – Указал я на ещё одно тело. – Не думал, что огру может хватить ума управлять столь сложным устройством...
– А им и не хватило, оба разбились во время атаки. – Ответила женщина.
– Смотрите, что за странный на нём амулет? – Я указал на блестящий кружок, свисавший на цепочке с шеи огра. – И этот символ на нём… Я не узнаю его. А вы?
– Не могу сказать, что он мне знаком, – развела руками она, снимая медальон с мёртвого тела.
– Уф, есть в этом что-то неправильное. Что-то не припомню, чтобы в писании упоминались летающие огры или нечто подобное. Нам лучше поторопиться в Окутанные Холмы и найти старейшину Йохима как можно скорее...
Несмотря на мои настойчивые просьбы поскорее покинуть место крушения, женщина ещё целый час бродила среди обломков. Видимо что-то искала, возможно что-то из своих вещей. Но увы, останки гондолы дирижабля выгорели почти полностью, если там и было нечто ценное, то теперь оно превратилось в бесполезную кучу гнутого металла и обгорелых лохмотьев. Зато среди обломков нам попалось несколько неповреждённых консервных банок и пара бутылок вина, а также фотокамера, которую мы сочли нужным прихватить с собой. Женщина рассказала, что фотограф попытался сделать снимок необычных летательных аппаратов, напавших на дирижабль и пластина с фотографией всё ещё должна быть внутри камеры.
Читать дальше