Сергей Фрумкин - Программист

Полемику неожиданно прервал внезапно активизировавшийся рекламный баннер. Автоматический запуск рекламы можно было и отключить, но тогда за новости пришлось бы заплатить деньги – как-то привыкли все брать бесплатно то, что можно было взять даром. В результате, реклама врывалась в сознания, как снег на голову – когда хотела, и, чаще всего, в самое неподходящее время.

На этот раз в доходчивой и убедительной форме потребителю внушали полезность таблетки, которая ускоряла приготовление любого горячего блюда. В рекламном ролике эту таблетку бросали в воду, в которой варилась картошка, на поверхности воды образовывалась некая особая пленка с хитроумным громким названием, потери тепла в воздух уменьшались, и времени затрачивалось в два раза меньше…

– Ну и какой дурак это купит? – Стаса перебили в то время, когда он говорил о серьезных вещах – не удивительно, что молодой человек рассердился на «наивных рекламщиков».

Реакция товарищей стала очередной неожиданностью: Вика и Дима обменялись многозначительными взглядами.

– Хотите сказать, что оба купили?! – Стас пораженно посмотрел на друзей. – Серьезно? А зачем? Вы, что, часто готовите?

– Даже, если раз в год… – с немного растерянным видом пробормотала Вика. – Ну и что? Пусть это будет быстрее. Эта штучка не портится…

– Но это же – обман чистой воды! – пробормотал Стас. – Кусочек масла приведет к тому же результату, но обойдется в четыре раза дешевле!

– Что ты сегодня какой-то странный? – не понял Дима. – Эта таблетка… Ну купил, пусть валяется. Я как-то даже не задумывался – попалась на глаза… Какое тебе дело до моих денег? Зачем сразу называть меня дураком?

– Прости, вообще-то я не хотел… – признался Стас. – Как-то само сорвалось. Реклама неожиданно началась – сбила с мысли. Раньше я ее не видел, сказал первое, что пришло в голову…

– Раньше не видел? – удивился Дима. – А ты когда в последний раз смотрел новости?

– Не помню… – Стас не был готов к такому вопросу. – Может быть, пару месяцев. На работе у нас Сеть отсутствует, а дома как-то не до того…

– То-то его никогда не вызвать! – пожаловалась Вика.

– А что ты такое делаешь в свободное время? – не понял Дима.

– Не знаю… Занимаюсь спортом… Сплю…

– Ну-ну, Стас! – Дима укоризненно покачал головой. – Завязывай, дружище, иначе совсем свихнешься! Сгоришь на работе! Забыл: мы работаем, чтобы жить, а не живем, чтобы работать! Как говорится, все всегда хорошо в меру!

…Вечер однозначно не удался. Общение не заладилось, друзья допили шампанское и разъехались намного раньше, нежели планировали – еще до полуночи.

По дороге домой Стас принял звонок от матери. Маме не спалось. Заметив, что сын в Сети, она поспешила узнать, куда тот пропал, все ли у него в порядке, и почему он не отвечает на родительские видеописьма.

– Мама, скажи, – сам не зная, зачем продолжает думать на эту тему, попросил Стас. – Ты тоже видела рекламу таблеток для быстрого приготовления?

– Конечно. Ее уже два месяца крутят.

– Купила?

– Да. И тебе взяла, забеги как-нибудь!

– Хорошо, я зайду… Сегодня устал, еду домой. Завтра свяжемся. Привет папе! Пока! Целую!

Машина наматывала километры по ночным заснеженным улицам, спеша покинуть светящийся многочисленными огнями город. Город, который помнил времена, когда не было ни Сети, ни электричества, ни автомобилей…

«Что случилось с людьми?» – размышлял Стас. – «Превратились в стадо баранов… Куда их гонят, туда идут… А, когда спрашивают: «куда вы?», злятся!»

Но сам-то он от чего прозрел? Информационные каналы, навязчивая реклама, примитивная поп музыка всегда были рядом. Они мозолили Стасу глаза и заполняли его уши, но не заставляли нервничать, злиться, выходить из себя! Существовали параллельно со Стасом, как некая данность, как плохая погода или плохое настроение. Почему же теперь их фоновый шум превратился в раздражающий грохот?

Программа, которая меняла отношение Стаса к самому себе, не внушала ему иного восприятия жизни, не работала над его вкусами! Да, Стас теперь лучше относился к тем, кто что-то мог, чем к тем, кто только делал вид, что что-то умеет. Да, Стасу интереснее было с теми, кто добился результатов, чем с теми, кто жаловался на их отсутствие. Но сегодня вечером Стас не почувствовал других недостойными себя, или себя – выше, чем другие. Сегодня встал вопрос о вопиющей бездарности, которую боготворили, как одаренность. О пользе того, что не могло приносить пользу. О почтении к тому, о ком и слышать-то нельзя было без улыбки. И дело было не во вкусе или неком особом позиционировании себя. Друзья давали вещам объективно неверную качественную характеристику! Стас прекрасно представлял, как работают программа «Тренер» и программа «Защитник» – ни мудрости, ни ясновидения, ни чутья на вранье они не усиливали! Могло ли быть, что, став внимательнее и собраннее, Стас стал обращать внимание на те пустяки, на которые раньше смотрел сквозь пальцы? Могло ли быть, чтобы обостренное стремлением к совершенству восприятие сделало окружающую реальность чрезмерно контрастной и болезненно яркой? Все среднее, терпимое и плохое стало казаться ужасным и отвратительным, а все ладное, славное, стоящее – совершенным и великолепным?