Сергей Фрумкин - Программист

«Почему она решила, что я смогу осилить такой объем?» – ужасаясь, подумал Стас. – «Если ей действительно важно получить результат, то почему вообще я? Как можно надеяться на одного человека там, где увязнет целый отдел? Если же задание на карточке – это проверка, то слишком жесткая – я ведь не называл себя гением, только хорошим специалистом!»

Но и отказаться теперь было стыдно – никто его не принуждал, сам взялся. Оставалось искать хорошие стороны.

«Зато, если не справлюсь – стыдиться нечего,» – сказал себе Стас. – «А, если получится – смогу потребовать по заслугам и приму любую награду, не мытарясь угрызениями совести!…»

С этого вечера жизнь молодого человека стала сложнее. В институте его по-прежнему не щадили – задания поступали одно за другим, без перерывов на отдых. Голова Стаса была загружена, он мог думать исключительно о работе… А дома ждал заказ Юлии, по сравнению с которым самые сложные задачи НИИ казались ребусами для первокурсников.

Стас трудился, не покладая рук, отрывался от компьютеров лишь для того, чтобы поесть, спал от двух до пяти часов в сутки; в выходные не выходил из кабинета, игнорировал звонки родителей и письма друзей. Его лицо осунулось, под глазами образовались мешки. Он стал вялым и сонным.

Хорошо хоть окружающие не особенно обращали на это внимание. На работе многие поглядывали с недоумением, но в душу не лезли – пока человек справлялся со своими обязанностями, его личная жизнь была его личной жизнью. Алексей Павлович, видимо, придерживался другого мнения, но тот ждал, пока Стас заговорит первым, а Стас не собирался делиться с ним своими проблемами…

Сперва молодой человек думал, что справится с заказом Юлии за неделю-другую, потом – что уложится в месяц, в конце концов, совсем перестал загадывать. Цель, ради которой он согласился взвалить на себя такую обузу, постепенно удалилась на второй план, потеряла прежнюю яркость. Целью стала сама работа – доделать, досчитать, закончить, а там – хоть трава не расти…

И лишь на сорок третий вечер труда компьютер Стаса выбросил долгожданное сообщение: «модели идентичны, расчет верен». Что в переводе на русский язык означало: «поздравляю, работа сделана!». Но, вопреки собственным ожиданиям, уставший до искр из глаз Стас не испытал ни радости, ни облегчения – он просто пошел и лег спать. И лишь на следующее утро к нему пришло озарение: все! Сумасшедший ритм жизни в прошлом! Второе, куда менее радостное: он совершенно не представляет, как сообщит о своем успехе прекрасной Юлии!

Связаться с заказчицей было невозможно. Прошел один день, затем другой, третий. Стас отсыпался, отдыхал, набирался сил и… все сильнее погружался в депрессию. Что, если его подвиг на самом деле никому не был нужен? Что, если Юлия давным-давно забыла о существовании нанятого ею программиста? Что если ее «каприз» и в самом деле был всего лишь минутной прихотью?

Но вскоре оказалось, что за молодым человеком следили. Кто-то в институте обратил внимание, что парень вновь изменился – смотрел по сторонам, отвечал на вопросы, посвежел, реже зевал. На четвертый день, в субботу утром, Стасу позвонили в дверь дома. Стас готов был увидеть кого угодно, даже саму Юлию Сергеевну – на пороге стоял почтовый курьер с бандеролью в руке.

Адреса отправителя ни на конверте, ни на квитанции не значилось. Внутри лежали тоненькая карточка памяти и пустой конверт с заполненным адресом: «абонентский ящик такой-то, на получателя».

– Хоть бы дала понять, что это от тебя!! – Стас едва остановил руку, готовую в сердцах швырнуть карточку и конверт в мусорный ящик. – Что за глупость?! Откуда я знаю, что не отправлю программу какому-нибудь следователю, специализирующемуся на расхитителях интеллектуальной собственности?!

С другой стороны, кто еще мог знать, что у него в коттедже стоит персональный вычислительный комплекс со слотом как раз под такую пластиковую карту? Фирма-изготовитель? Они бы бесплатно зимой снега не выслали – содрали пятьдесят семь тысяч за самый обыкновенный компьютер… Потом, если бы кто-то знал, Стаса давно бы взяли, и не почтальон бы стучался в двери, а наряд вооруженных следователей… Что ему оставалось?

Сдавшись, Стас все же поместил результат полуторамесячного труда на присланную карточку, запечатал конверт и вызвал курьера…

Остаток выходных он в нетерпении ждал сигнала от Юлии, но так ничего и не дождался.

А в понедельник утром, первого августа, Стасу поступил приказ срочно явиться к генеральному директору. Вызов представителя самого нижнего звена к представителю самого верхнего противоречил правилам института – молодой человек понял, что в кабинете Анатолия Михайловича его будет ждать Юлия. Он летел, как на крыльях, однако мечта не сбылась – директор сидел один.