Сергей Фрумкин - Программист

Стас разочарованно вздохнул:

– Ну вот, и ты туда же! Дима говорит: теперь не жди роста. Ты: сделали зависимым. Скажите же хоть кто-то что-то хорошее! Я могу продать этот дом и вернуть кредит. Я могу жить здесь, пока не решу, что от меня требуют слишком многого. Где зависимость? О чем ты вообще?

– Нам с тобой в свое время пришлось начинать с нуля, – вмешалась мать. – Вот и меряем по себе. Предприятие помогает молодым кадрам стать на ноги – это прекрасно! Пусть обживется, окрепнет, женится, заведет детей – тогда и решит, пользоваться займом и дальше, или погасить уже израсходованную сумму и на этом остановиться!

– Пусть сам решает. Это его дом, его кредит, его головная боль.

– Мой дом? – Стас вспомнил, о чем хотел поговорить с родителями, едва проснулся. – А почему только мой? Вы могли бы переехать сюда!

Отец удивленно поднял брови – предложение сына не только не обрадовало, но даже возмутило его:

– Наша квартира ничем не хуже, Стас! И она принадлежит нам, а не банку!

– Я тоже люблю свою квартиру – я там вырос, но здесь слишком много места для одного! Здесь свежий воздух, сад. Мы могли бы жить вместе! Мама?

Мать тоже покачала головой:

– Отец прав. Нам привычнее дома. А тебе нужно становиться мужчиной. Даже хорошо, что так получилось – иначе, когда бы обзавелся личным пространством?

На следующий день, выбравшись за ворота своего участка, Стас и его кроссовер оказались в длинной череде машин разных цветов и моделей одной ценовой категории. Машины соседей по коттеджам направлялись в ту же сторону и, как вскоре выяснилось, ехали в то же самое место. Очевидно, НИИ принадлежал весь коттеджный поселок, а все жители поселка являлись работниками института.

Картежом, одна за другой, машины соседей Стаса и его собственная въехали в Москву, свернули в парковую зону, прошли КПП НИИ и нырнули в туннель, ведущий на подземный паркинг, где, наконец, рассредоточились – каждый автомобиль занял свое, специально ему отведенное место.

Прием на новом месте работы нельзя было назвать ни сухим, ни радушным – его просто не было. В фойе новичка ждал Глеб Иванович – руководитель группы и непосредственный руководитель Стаса, который проводил молодого человека к его кабинету и оставил там одного – наедине со «специализированным персональным комплексом». Все, что отметил для себя Стас – ему выделили личное пространство, а не секцию в одном большом общем зале. За дверью, на которой красовалась табличка «Отдел №6, группа №2», находилось около десяти таких кабинетов. Один украшала надпись «Руководитель группы», остальные безлико нумеровались четырехзначными числами…

До самого обеда Стас никого не видел и ни с кем не разговаривал. Как и раньше, во время карантина, его ждала задача, которую нужно было решить в течении рабочего дня. Как и раньше, на решение задачи Стас потратил час времени, после чего бездельничал, размышляя о том, был ли прав Дима, утверждая, что в этой казарме не предусмотрена возможность быстрого карьерного роста. Явно не стоило расспрашивать об этом в первый же день работы…

Обед проходил в ресторане, рассчитанном, судя по всему, ни на одну тысячу человек. Теперь Стас мог изучить свой коллектив: прилично одетые, вежливые, культурные люди в возрасте от двадцати пяти до пятидесяти лет. Две трети – мужчины, одна треть – женщины. Лица одухотворенные, интересные, глаза не пустые, как у людей на улице. У охранников и обслуживающего персонала собственная униформа. Их много – не менее пяти процентов от общего числа обедающих.

Руководство сидело отдельно, простые исполнители – отдельно. Руководители групп, судя по всему, причислялись к простым исполнителям – Глеб Иванович предложил Стасу сесть рядом с ним, видимо, чтобы предупредить возможные вопросы новичка.

Что выбивалось из привычных представлений Стаса об обедающих в общественном месте людях: мало у кого глаза скрывали нэтфоны. Задавшись вопросом, как же в таком случае здесь заказывают меню, Стас обнаружил сенсорный экран, вмонтированный в стол. Сделанный с помощью этого экрана заказ принесли через минуту после нажатия на кнопку «Ок». Блюда и на вид и на вкус впечатляли – впрочем, Стас уже успел привыкнуть к местной кухне за время своего двухнедельного заточения.

– Как работается? Справляетесь? – чтобы как-то проявить участие, поинтересовался Глеб Иванович.

Руководитель группы казался не намного старше Стаса – ему можно было дать лет тридцать, никак не больше. Почему-то этот человек не вызывал у новичка особого уважения. Другое дело – второй сосед по столу – усатый, солидный мужчина, производящий впечатление эпического мудреца из старорусских сказаний. Этот человек ел молча и смотрел в никуда, но наверняка видел и отмечал для себя каждую мелочь.