Невероятно пугала возможность того, что Саша узнает об измене. В этом случае ему предстоит крайне болезненный скандал. Может быть, она и простит его, но рассчитывать на это — глупо. Зато если Саша ничего не узнает, то очевидно: их отношения только улучшатся! Он снова сможет посвящать жене все чувства и мысли, не распыляя их на другую.
Вова тряхнул головой и залпом опрокинул стопку.
* * *
Во вторник Саша задержалась на работе, и Вова использовал вечер, чтобы привести квартиру в порядок. Он редко занимался уборкой, но сегодня тщательно вымыл полы и посуду, чтобы сделать Саше приятное. Когда она вернулась, уже ближе к ночи, то была ошеломлена. Своими нежными руками она обвила Вову за шею и долго не отпускала его, а ему оставалось лишь гладить её по спине.
Утро выдалось снежным. За ночь ветви деревьев укрылись пуховыми шапками и просели под их весом. Стоя у окна, Вова завороженно наблюдал, как снежинки медленно опускаются на землю, искрясь в свете фонарей. До рассвета оставалось ещё с полчаса.
— Милая, давай выйдем вместе, помогу тебе почистить машину.
Саша обняла его сзади.
Когда Вова уже оделся и стоял в прихожей, жена всё еще бегала по квартире.
— Сашенька, в чём дело?
— Не могу найти свою резиночку для волос!
— Возьми другую. — Вова терпеливо улыбнулся.
— Но это же резиночка с божьей коровкой!
Эту резинку он подарил Саше в Барселоне, где они провели чудесную неделю. К ней была приделана фигурка божьей коровки, вручную вырезанная из дерева. Саша дорожила этим подарком.
— Милая, давай поищем её вместе вечером. Не волнуйся, найдём!
Саша подошла и уткнулась носом в его шею. Он провёл рукой по её мягким волосам. Внезапно её спина начала легонько подрагивать. Двумя руками отняв её лицо от себя, он увидел, что из её глаз текут слёзы.
— Что случилось?! — Вова был поражён.
— Я так люблю тебя! — Саша вновь порывисто обняла его. Прижимая её к себе, Вова чувствовал, что и сам никогда и никого не любил так же сильно.
* * *
Сосредоточиться на работе Вове сегодня толком не удавалось. Через пару часов он вышел покурить. На улице было морозно и тускло. От холода нос не ощущал запахов, и наконец-то вдохнуть дым было особенно приятно.
«Может, просто поговорить с ней?» — подумал он. Спросить, зачем она заигрывает с ним, и попросить прекратить.
Спорная мысль. Не было ли это лишь предлогом, чтобы остаться наедине, пусть даже для обычного разговора? С другой стороны, теории можно было строить долго, но продолжать изводить себя, надеясь, что Алиса отстанет сама, было уже невозможно. Пора было действовать. Алиса имела прямо-таки магическое влияние на Вову, но он решил, что в этот раз не даст ей и шанса им воспользоваться. Сигарета уже тлела у самых кончиков пальцев, и он выбросил её.
Когда до окончания рабочего дня оставалось пятнадцать минут, Вова позвонил Алисе по внутреннему телефону.
— Владимир Постников, — сухо представился он.
— Добрый вечер, — услышал он знакомый чуть хрипловатый голос.
— Мы можем переговорить по личному вопросу? Это не займёт много времени.
— Конечно, Вова. Зайдите ко мне в шесть.
Алиса положила трубку, не дожидаясь ответа. Вова ощутил раздражение: что за приказной тон? Из упрямства он выждал несколько минут после шести, чтобы показать своё отношение к приказам. Дольше тянуть было невозможно: он и так не думал ни о чём и ни о ком, кроме Алисы.
Финансовый отдел находился в соседнем крыле. Вова постучал в дверь кабинета директора и вошёл, не дожидаясь ответа. Алиса уже застёгивала сумку, стоя в своём сером пальто.
«Неужели она хотела уйти, не дождавшись меня?» — его кольнуло самолюбие.
— Мы договаривались о встрече, — сказал он, закрывая за собой дверь.
— Я вас слушаю.
Не раздеваясь, Алиса присела на край стола. Она смотрела на Вову без улыбки. Он ощутил сильнейшее смущение: врывается к директору чужого отдела, задерживая её после работы, и собирается говорить невесть что. Флирт Алисы вдруг показался ему глупой фантазией.
Вова упрямо опустил голову, будто собираясь идти против ветра.
— Алиса, у меня сложилось впечатление, что наши отношения выходят за рамки рабочих.
— Отношения? — она подняла бровь. Вова почувствовал себя полным идиотом.
— Вы смотрите на меня, вы дотрагиваетесь до меня в спортзале. Я считаю, что это недопустимо.
— Недопустимо смотреть на вас? — она усмехнулась. Её, кажется, ничто не могло смутить. — А по-моему, это вы ведёте себя весьма странно. Избегаете меня, смотрите исподлобья, а если и разговариваете, то только обиженным тоном.
Читать дальше