Ремус снова рыкнул. Перелетев к нему, Тонкс погладила волчью морду:
— Все-все, уже молчу. Что-то ты сегодня разговорился, дорогой.
Они еще пообщались. Ну как пообщались — Нимфадора говорила, позволяя Гарри вставлять время от времени пару фраз, и каждый раз после рыка Люпина меняла тему. Ремус еле вытолкал ее из спальни. Оставшись наедине с Гарри, он заглянул ему в глаза и прижал к себе. Почувствовав тепло, разливающееся по венам, Поттер впервые захотел расслабиться. Впервые после победы.
За день Гарри переделал кучу дел. Наконец ответил на письма и приглашения, навел порядок в чулане для метел, обрадовал Критчера, сходив в магазин за продуктами, и даже заменил шторы у портрета миссис Блэк.
Снейп застал его на кухне перед полной тарелкой спагетти с морепродуктами. Опустившись на стул напротив и положив голову на сомкнутые ладони, Кромешник уставился масляным взглядом на Поттера, который с аппетитом всасывал в себя длинные макаронины.
— Вкусно?
Поспешно втянутая в рот спагеттина обдала Гарри соусом, и он стал быстро жевать, чтобы ответить гостю. Снейп склонился, слизывая сливочную каплю с носа, отчего Поттер замер, уставившись огромными глазами на задумчивого Бугимена.
— Нет, Поттер, с базиликом ты переборщил. Здесь лучше просто соль и перец. Ты жуй, жуй. Я подожду…
Гарри отложил вилку, запивая застрявший в горле комок вином. Снейп, не заморачиваясь, отпил из бокала и, пополоскав во рту, выплюнул обратно:
— И вино ты выбирать не умеешь.
— Может, кто-то забыл, как вести себя в обществе нормальных людей?
— Это ты-то нормальный? Да брось. Без вопросов рвешься в бой с мифическим волком, который может поглотить любую сущность, отправив ее в безвременье. Чего рот открыл? Я и говорю — ненормальный. Соглашаешься на приключения, даже не узнав, куда идешь. Хоть бы книжки почитал…
Гарри смутился и покраснел. Находясь в предвкушении чего-то интересного, он действительно не озаботился информацией о Фенрире. Да и способами оживления воплощений не мешало бы поинтересоваться.
— Сэр, у меня вопрос, — Снейп всем своим видом изобразил внимание. — Как мы будем делать вас живым?
— Ничего сложного. Воплощения не могут творить магию в привычном понимании этого процесса. А создание зелья требует жизненной силы, которой у нас нет. Обрести ее можно вместе с… некой субстанцией, несущей генную информацию кого-то из живых.
— В каком смысле — субстанцией?
— А как ты думаешь?
— Кровь?
— Увы, кровь слишком нестабильна и быстро из нас испаряется. Пятнадцать — двадцать минут не хватит, чтобы сварить зелье. Еще варианты?
Поттер почесал затылок и покраснел.
— Правильно. Именно эту субстанцию мы будем из тебя добывать.
— Так мне надо будет сходить в душ? Я это… А потом принесу…
— И как ты себе это представляешь? Мне из бокала пить твою сперму? Ну, уж нет, я лучше по старинке — из источника.
У Поттера отпала челюсть, а Снейп захохотал, захлёбываясь приступом веселья:
— Конечно, сама по себе сперма не передаст мне твою жизненную силу, — отсмеявшись, пояснил он. — Я возьму немного энергии, чувств, всех сопутствующих эмоций…
Гарри опустил глаза, покраснев еще больше.
— Мне все равно нужно в душ, — промычал он.
— Прямо сейчас? Думаешь, испив твоего нектара, я на недельку перевоплощусь? Часов пять — шесть, не больше. Сначала, Поттер, приготовим ингредиенты, лабораторию, а уж потом будем посвящать тебя в таинства орального секса. Так что потерпи. Но если тебе действительно надо в душ — я не держу. Тем более, мне уже пора. Дети ждут.
Снейп перегнулся через стол и смачно поцеловал обалдевшего и смущенного Гарри.
— Бу! Не скучай, — и исчез.
Поттер действительно сходил в душ. А потом еще раз сходил, и еще. Слава Мерлину, этой ночью его никто не посещал. Засыпая, он отметил, что у него не было ни одного видения за пять дней. Может, сейчас вся его жизнь — иллюзия? И ему очень нравилось такое забытье.
Снейпа не было четыре дня. ЧЕТЫРЕ ЧЕРТОВЫХ ДНЯ!!! И за это время Поттер извелся вконец. Визуализация отсасывающего Бугимена была представлена, детализирована, разложена по секундам и мгновениям, но все равно в эпичность момента не верилось. Поттер понял, что безумно хочет прочувствовать весь процесс очеловечивания Кромешника. А также опроверг свою стопроцентную гетеросексуальность, по силе желания определив, что девушек он так никогда не хотел.
О мифическом Фенрире нашлась целая куча книг. Если отбросить явные сказки, можно было сделать вывод, что гигантский волк — это своего рода магнит для силы и волшебства воплощений. Внешнему миру он не мог причинить никаких неприятностей, кроме отсутствия золотых монет под подушками детей, что в целом не критично, потому что практически все родители самостоятельно справлялись с детскими потребностями в сказках: покупали подарки на Рождество, прятали яйца на Пасху и организовывали праздники на Хеллоуин.
Читать дальше