Иван Городецкий - Артефактор

Как-то он решил похвастаться перед другими студентами артефактным кинжалом, принадлежавшим его семье. О его свойствах знал только Эдмер, поэтому решил подшутить над остальными приятелями. Кинжал был завязан на крови и признавал лишь тех, кто происходил из династии Алантаров. Там был едва заметный шип на рукояти, который слегка выдвигался, стоило взять оружие в руку. Если артефакт признавал носителя крови, то проявлял все свои особые свойства. Даже возвращался обратно, как бумеранг, в случае если его выронить или оставить в теле врага, стоило отдать ему команду. Или летел в цель, повинуясь ментальному приказу. Но вот если оружие не признавало носителя достойным, то становилось тяжелым и неповоротливым. Еще и могло поранить самого незадачливого владельца.

Эдмер вначале решил дать приятелям испытать оружие, а потом хотел показать, на что оно способно в его руках. Но все пошло не так. Вначале, конечно, эффект оказался ожидаемым. Приятели поочередно мучились с непослушным кинжалом. У них даже затекали руки, если слишком долго его держали. Пока он не попал к Велдону, к которому на тот момент Эдмер относился более-менее ровно и лишь подтрунивал над их с Сирилом постоянным соперничеством.

Когда же он увидел, как Велдон, играючи, вертит в руках кинжал, а тот послушен его воле, в голову закралась шокирующая догадка. Он тогда ничего объяснять не стал. Свел все к шутке и забрал кинжал, оставив при себе свои соображения. Позже же хорошенько расспросил отца о Мердгресах и их истории. Так мало-помалу и узнал об истинной подоплеке давних событий. Нужно ли говорить, что с тех пор Эдмер стал недолюбливать Велдона не меньше, чем Сирил?

Конечно, даже если бы его происхождение открылось, большинство поддержало бы законную власть. Все же одно дело бастард, выросший в чужой семье, а другое — законный правитель. Но жизнь — штука непредсказуемая. И никогда нельзя недооценивать врагов. Поэтому Эдмер предпочитал держать Велдона подальше от столицы и двора, чтобы тот не мог переманить на свою сторону больше сторонников. Пару раз подсылал к Велдону наемных убийц, но их старания не увенчались успехом, а Мердгрес уж слишком рьяно начал копать: кто же так хочет его смерти. Пришлось оборвать все нити, что могли привести к нему, и больше так не рисковать.

И вот теперь появляется отпрыск Мердгреса и подозрительно быстро находит подход к его дочери! Уж не запланированная ли это акция со стороны Велдона? Решил таким образом попытаться подобраться к трону? Пока парень ничем не проявляет своей заинтересованности в Элеоноре. Вообще больше занят какими-то торгашескими делами и изображает из себя простолюдина. Но на самом ли деле это так или он просто выжидает начала обучения и возможности сделать дальнейшие шаги к принцессе, пока вопрос.

Что ж, физически устранить его Эдмер всегда успеет! Или это даже не понадобится и такую услугу ему окажет Дармент. Тот хочет заключить брак между своим сыном и Элеонорой, против чего король нисколько не возражал. Это лишь укрепит союз между ними. Так что жизнь этого смазливого юнца висит на таком тонком волоске, что хватит малейшего удара, чтобы ее оборвать. Но пока рано! Нужно все-таки выяснить, прав ли Эдмер в своих подозрениях. Если юнец действительно изгнан из рода и дальше будет вести себя благоразумно — одно дело, пусть живет. Другое — если это какая-то сложная многоходовая интрига тирра Мердгреса. Что ж, поживем-увидим…

Когда король вернулся во дворец, его ожидал сюрприз. Не успел он дойти до входных дверей, как навстречу выбежало маленькое светловолосое чудо, которое с радостным визгом повисло у него на шее.

— Папочка, я вернулась! Где ты был?!

Груз вечных проблем и мрачные мысли на какой-то момент словно отошли на задний план. Эдмер нежно обнял дочь и прижал к себе, даже не подумав упрекать ее за нарушение правил приличий на глазах у телохранителей и прогуливающихся неподалеку придворных. Впрочем, многие, наоборот, не скрывали умиленных улыбок при виде этого проявления чувств со стороны обычно сурового короля.

— В загородный дом ездил, — отозвался он, наконец, отстраняя ее от себя. — Дела были важные. Ты давно приехала?

— Пару часов назад. Все тебя ждала! А никто не говорил, где ты! — тараторила Элеонора, увлекая его за собой. — Я так рада, что снова дома! И особенно, что тут не будет этого противного Палмера, — понизив голос, доверительно шепнула она. — Я еле уговорила его не сопровождать меня еще и во дворец, так что со мной сейчас только Виола.