Элдон Томпсон - Алый меч

Наступил вечер. Когда отряд добрался до дороги, убийца скомандовал остановиться. Бесшумно спрыгнув с коня, он склонился к земле и прислушался. Затем, не проронив больше ни слова, растворился в темноте.

Солдаты стояли неподвижно. Они привыкли ожидать от своего вожака чего угодно и не смели возразить, опасаясь, что убийца уже прячется за спиной, готовый вырезать первый непослушный язык. Поэтому наемники замерли в седлах, укрывшись в тишине и ожидая возвращения Ксариуса.

— Следы сворачивают с дороги и уходят в горы немного впереди.

У каждого солдата мурашки по спине пробежали, когда раздалось шипение. Но речь стихла, и они смогли различить в мрачном сумраке тень, которая, как ни в чем не бывало, поднялась на коня.

— Они ведут лошадей за собой, похоже, что-то ищут.

Солдаты неуверенно переглянулись, не зная, нужно ли отвечать. Убийца ни к кому определенно не обращался, словно пересказывая известия самому себе. Он задумался и посмотрел вперед, а потом объявил:

— Заночуем здесь. Следам два дня. Если они будут идти пешком, мы нагоним их завтра. Самое позднее послезавтра.

Убийца со столь очевидной радостью сообщил последнюю новость, что каждый наемник в душе поклялся держаться подальше от этого существа, а главное, во что бы то ни стало избегать встречи с ним лицом к лицу.

Несмотря на жару, приходилось идти в верхней одежде, чтобы спастись от солнечных ожогов. Джером вытер пот со лба насквозь промокшим рукавом, уже не пытаясь найти сухое место на ткани. Легче не стало. Соленая влага попадала в глаза, мешая как следует осмотреться.

На третий день пути Джером и Эллайен вплотную подошли к Кальмирскому лесу, огромному массиву вековых елей и сосен, который обозначил южную границу их поисков. Аспадельская горная гряда, безусловно, тянулась дальше до самого Ниввианского залива. Но, по всем расчетам, Уитлок располагался севернее Кальмира. Так утверждали охотники и рудокопы, заявлявшие, что видели древинов на пути в таинственный город. На это указывали и возникавшие время от времени рассказы тех, кто получил укрытие в крепости древинов во время сильной бури. Счастливчиков, конечно же, высмеивали. Рассказы считали иллюзиями или враньем. Никто не пытался предпринять поход в указанное место. Однако Джерому оставалось полагаться лишь на сказки и легенды.

К сожалению, Кальмирский лес стал скорее символом поражения, нежели успеха. Если Уитлок не будет найден до приближения к границе леса, оставалось только возвращаться на север и прочесывать высокогорные тропы в поисках иллюзорного пути, который приведет к городским воротам. В противном случае Джерому придется сдаться и по требованию Эллайена прекратить безрассудное путешествие и вернуться домой. Ни одна из перспектив не вселяла надежды.

Эллайен брел в нескольких шагах от Джерома, с кислым лицом пережевывая сорванные с пыльного куста ягоды. Сегодня друзья разговаривали еще меньше, чем вчера. Учитывая складывающиеся обстоятельства, охотник вел себя еще великодушно. С каждым шагом Фейзон все яснее сознавал, что путешествие было ошибкой, и не нуждался в напоминаниях.

Пока Джером разглядывал очередную тропку, Эллайен неожиданно оступился. Лучник отвернулся, чтобы выплюнуть горькую ягоду, и неосторожно подошел слишком близко к краю крутого обрыва. Сначала одна нога, потом вторая соскользнули по осыпавшимся камням. Джером не успел сообразить, что произошло, когда Эллайен сорвался вниз.

Джером выпустил поводья лошади и бросился на помощь другу. Эллайену чудом удалось удержаться. Джером схватил охотника, который отчаянно цеплялся за землю и уздечку своего коня. Животное недовольно храпело и вырывалось, низко нагнув шею и упираясь копытами. С каждым движением лошади вспотевшие руки Эллайена все ниже скользили по кожаному ремню.

— Держись! — закричал Джером, хватая друга за шиворот. Эллайен задыхался от испуга и набившейся в рот пыли, но отказывался выполнять команду и принять помощь Джерома. Он крепче вцепился в поводья, стараясь восстановить равновесие. Вскоре Джерому удалось с трудом вытащить несчастного охотника на тропинку, где он в относительной безопасности мог отдышаться и прийти в себя.

Джером уселся рядом, закрыв глаза и с ужасом представляя себе, что могло бы случиться. Какое-то время никто из них не двигался. Взглянув на друга еще раз и убедившись, что тот жив, Джером попытался было заговорить, но передумал. Упрек? Шутка? И то, и другое — плохая идея. Тут не только вина Эллайена.