Элдон Томпсон - Алый меч

— Закончил? — поинтересовался Эллайен.

Джером повернулся так резко, что воздух засвистел от горящего факела, и побежал к выходу, ни разу не посмотрев, следует ли за ним друг. Джерому претило признавать поражение и возвращаться к знойному удушливому солнцу, но юноша хотел как можно скорее оставить очередную неудачу позади. Драгоценное время до заката уходило, будто вода сквозь пальцы. С каждой минутой таяли шансы разыскать Уитлок до наступления темноты. Пускай Эллайен чешет пятки, пока пальцы не отвалятся. Если охотник предпочитает воспользоваться моментом и отдохнуть, это его выбор. Пока поиски не завершатся успехом, Джером не собирался расслабляться.

После целого дня пути на юг во главе своры наемников у Ксариуса от стука копыт разболелась голова. Трудности предыдущего дня несколько задержали их. Группа тронулась в путь незамедлительно после беседы с хозяином конюшни, продавшим Джерому и Эллайену лошадей. Покинуть Иртвин, однако, оказалось задачей не из легких. Городские власти перекрыли все южные дороги в поисках преступников, замешанных в дерзком убийстве, совершенном недалеко от поселения.

В одиночку Ксариус миновал бы все кордоны без труда. Но освобождение солдат потребовало продолжительных переговоров и некоторой суммы из его собственного кошелька, которую — по завершении дела — он собирался затребовать обратно.

Оказавшись на свободе, Ксариус Тализар и банда наемников отправились вдоль течения реки Калгрен Форк по следам принца Торина и его спутника. Преследователи пустились в погоню, пытаясь наверстать упущенное время. Зная, куда направились друзья, убийца не собирался пропускать ни единого знака. Вскоре группа оказалась на южных окраинах Гейперона, у порога Куурии.

Они находились среди легионов беженцев. Невыносимая вонь била в ноздри. Тысячи и тысячи людей, словно гадкие крысы, кишели в лагерях и на дорогах. Судя по всему, император не горел желанием принимать на своей земле толпы изголодавшегося люда. Закрытые границы охраняли целые батальоны солдат. Войска хорошо справлялись со своей задачей, преграждая путь беженцам и организуя лагеря для их размещения. Некоторые усилия предпринимались по обеспечению людей продовольствием, но Имперский совет явно рассчитывал, что люди, изнуренные тяжелыми условиями, рано или поздно вернутся домой. Ведя свой отряд к линии блокады под любопытными и голодными взглядами тысяч грязных и вонючих беженцев, убийца не раз пожелал, чтобы силы юга и войска колдуна сошлись на этом самом месте, а беженцев передавили, будто мошек.

— Стой! — раздался голос патрульного, когда отряд приблизился к границе. — Куда идете?

Ксариус остановился. Наемники ерзали в седлах, разминая затекшие мышцы.

— Мы ищем путь в Куурию.

— Все дороги, — заявил патрульный, — закрыты по указу императора.

— Все?

— Без исключения.

Убийца вытянул шею и через плечо солдата взглянул на баррикады.

— Давно?

— Простите?

— Как давно закрыты границы?

— Никто не пересекал границ Куурии за последние два дня.

Убийца нахмурился. По его оценкам, Джером и Эллайен опередили преследователей примерно на три дня.

— А раньше?

Патрульный отвлекся на обтрепанного беженца.

— Когда именно?

— Три дня назад. Возможно, кто-то пересек границу три дня назад?

— Пропускали только поставщиков продуктов по запросу купеческой гильдии. — Солдат снова прервался и приказал назойливому беженцу вернуться в свой лагерь.

— Вы уверены?

Разрываясь между упрямым оборванцем и любопытствующим незнакомцем, патрульный начинал терять терпение.

— Быть уверенными — наш долг. Кого бы вы ни разыскивали, скорее всего его отослали обратно, как и остальных. Я бы вам посоветовал сделать то же самое, пока…

Угроза не дошла до адресата. Не дослушав, убийца резко развернул лошадь, так что хвост хлестнул патрульного по лицу. Ксариус сжался, как пружина, приготовившись к ответному удару. Но как только рассвирепевший солдат приготовился броситься на обидчика, беженец ринулся к баррикадам. Долг службы возымел верх над личной обидой, и он последовал за глупцом, сбив того на землю и выместив на нем свою злость.

Под крики и стоны несчастного беженца убийца отправился на север. Он проехал между наемниками, не отдавая приказа следовать за ним. Ксариус давно перестал утруждать себя излишними распоряжениями. С момента нападения на Дилн и после расправы над капитаном солдаты вели себя безукоризненно и, закрыв рты, выполняли все пожелания убийцы. Словно свора послушных псов, наемники развернулись и последовали за вожаком.