Дэвид Геммел - Сипстрасси

– У меня патроны кончились! – крикнул кто-то. И еще кто-то передал ему горсть патронов. Пастырь посмотрел вправо и увидел, что сотня врагов заходит им во фланг.

В эту секунду с востока бешеным галопом появился Эдрик Скейс во главе тридцати всадников. Рептилии открыли огонь, кося людей и лошадей. Скейс ворвался в ряды врагов, хладнокровно расстреливая их из двух пистолетов. Уцелевшие всадники последовали за ним. Началась настоящая бойня, однако Скейс и еще семнадцать человек прорвались к канаве и попрыгали в нее.

– Добро пожаловать! – сказал Пастырь, хлопая Скейса по плечу.

– Откуда они взялись, во имя Дьявола? – крикнул Скейс.

– Из-за Стены… посланы Великой Блудницей, – ответил Пастырь.

– Я думаю, нам следует выбраться отсюда, – сказал Скейс.

– Нет. Мы должны прикрыть женщин и детей. Их больше ста. Мы должны остановить этих тварей хотя бы ненадолго.

– Здесь нам это не удастся, Пастырь, Им ничего не стоит просто обойти нас справа и слева. Предлагаю отступить к церкви и остановить их там.

Рептилии начали новую атаку. Пули изрешетили их ряды, но четыре успели спрыгнуть в канаву. Скейс обрушил пистолет на серую чешуйчатую голову, потом выстрелил в упор. Остальных закололи ножами, но не прежде, чем они убили троих защитников.

– Отступаем двумя шеренгами! – крикнул Пастырь. – Каждый второй отходит на тридцать шагов и прикрывает остальных.

Земля затряслась. Люди валились с ног, а луг разорвала огромная трещина с зазубренными краями и зазмеилась поперек канавы, щерясь, будто челюсти колоссального хищника. В городе рушились дома, и тут землю снова встряхнуло. Кинжалы бежали, забыв о сражении.

– Пора! – сказал Скейс, и по команде Пастыря защитники повыскакивали из канавы и помчались через луг. Их скрыли клубы пыли. Земля снова разверзлась, и два человека свалились в глубокий провал. Остальные добрались до церкви, которая проседала в середине. Пастырь стоял и смотрел, как здание медленно разорвалось пополам.

– В лес! – сказал он. – Гнев Божий настиг нас.

Джозия Брум сидел и смотрел, как Пастырь указывает, где именно копать ров вдоль северной опушки леса. Землю ссыпали на внешнюю сторону, сооружая вал. Работали все в угрюмом молчании. Лопат не было, и работающие раскапывали мягкую почву голыми руками, со страхом поглядывая на север в ожидании нападения. Брум, белый как мел, замер в оцепенении среди суетящихся людей.

Все кончено! Городок лежит в развалинах, множество людей погибло, уцелевшие прячутся в лесу без провизии, без крова и почти без патронов для последних ружей. Остается только сидеть и ждать смерти от руки этих чудовищ. Брум смигнул слезы.

Эдрик Скейс поймал трех лошадей и ускакал к себе на ферму, где у него хранились запасные ружья. Двух своих людей он отправил на окрестные фермы предупредить о нападении. Но Брума уже ничто не заботило.

К нему подошла маленькая девочка, остановилась, откинула голову и уставилась на него. Он посмотрел на нее сверху вниз.

– Чего тебе?

– Ты плачешь? – спросила она.

– Да, – сознался он.

– Почему?

Вопрос был таким нелепым, что Брум захихикал. Девочка засмеялась вслед за ним, но когда из его глаз хлынули слезы и его худое тело затряслось от рыданий, она попятилась и побежала за Пастырем. Рыжий проповедник, весь вымазанный в земле, подошел к Бруму.

– Нехорошо, менхир! – сказал он. – Вы пугаете детей. Ну-ка встаньте и беритесь за дело, как мужчина. Возьмите себя в руки.

– Мы все умрем, – прошептал Брум сквозь слезы. – Я не хочу умирать.

– Смерть ждет всех людей, и тогда они предстают перед Всемогущим. Не бойтесь, менхир Брум. Маловероятно, чтобы человек, который кормил людей завтраками, чем-нибудь Его прогневил. – Пастырь обнял Брума за плечи. – Мы еще живы, Джозия. Иди помоги тем, кто копает ров.

Брум покорно пошел с ним к валу и уставился на долину.

– Как вы думаете, когда они опять нападут?

– Когда будут готовы, – мрачно ответил Пастырь. Работа внезапно прекратилась – из леса позади них раздался перестук копыт идущей шагом лошади, а потом послышалось мычание. На поляну вышли три удойные коровы с телятами. К рву на вороном жеребце подъехал Йон Шэнноу и спрыгнул с седла.

– Я подумал, что они придутся кстати, – сказал он. – Если зарезать телят на мясо, детей можно будет поить молоком.

– Где вы их нашли? – спросил Пастырь.

– Утром я услышал выстрелы и следил за вашим боем. А коров отбил от стада на чьей-то ферме. Хозяин убит. И вся его семья тоже.