Артём Корсаков - Каритас

Повисла многозначительная пауза. Огниус боялся сказать ответ, единственно верный, по мнению короля.

— Я отвечу за тебя, Мой дорогой друг. Этого времени вполне достаточно, — голос Тсалвуса Первого стал гораздо строже. — У тебя есть ровно пять минут, чтобы сказать Мне как его поймать. Если не уложишься, Я буду вынужден отправить тебя в отставку.

Лицо Огниуса моментально окрасилось в цвет его волос. Он бешено заморгал глазами, но не вымолвил ни слова.

Ровно через пять минут голос короля нарушил тишину.

— Время, — грустно сказал Тсалвус Первый. — Я мог бы простить начальнику стражи всё что угодно, кроме того, что он не может поймать человека, желающего занять Мой трон. Любого… Слышишь? Любого, кто покушается на Мою власть, ты должен уничтожать — это твоя прямая обязанность.

— Ваше Величество, мы использовали все возможные способы, но он как испарился. Мы искали его по всему материку. Я никогда раньше не ловил обычного человека, может, у них другие повадки или я чего не знаю.

— Значит, надо было проконсультироваться с властями людей. Кто тебе мешал это сделать?

— Я проконсультируюсь сейчас же, — умоляюще сказал Огниус.

— Время вышло, Мой дорогой друг. Я не могу больше подвергать Корону опасности.

— Дайте мне полчаса, лишите меня звания, но дайте полчаса.

— Хорошо, ровно через тридцать минут ты должен быть здесь с отчётом.

Огниус буквально вылетел из кабинета, по пути чуть не выбив дверь.

Тсалвус Первый поднялся и подошёл к окну, увидев перед собой замечательный, солнечный денёк такой, когда сидеть в помещении было просто преступлением. Он прекрасно понимал, что его, теперь уже бывший, начальник стражи ничего не найдёт ни через полчаса, ни через час. Единственной зацепкой, согласно его чётко разработанному и продуманному "Королевскому плану", оставался Эрдамас, так как король сомневался, что кто-нибудь из местных сможет поймать человека, которого прячет его отец. Надо тщательно следить за Эрдамасом, а для этого необходимо быть предельно мобилизованным и мотивированным, как Огниус в этот момент. Только если у него будет один-единственный шанс реабилитироваться, только тогда он сможет перехитрить Эрдамаса и поймать, наконец-то, Артёма. Именно поэтому Огниуса и разжаловали — всё подчинялось "Королевскому плану" Тсалвуса Первого, чувствовавшего себя режиссером пьесы, который заставляет действующих лиц двигаться так, как ему заблагорассудится, приводя всё это движение к уже предрешённому финалу.

Прошёл час. Никто не появлялся. Тсалвус Первый начал уже волноваться, ведь следовало бы сделать очередной ход, когда за дверью раздался неровный топот мужских сапог. Вдруг, в кабинет без стука ввалилось что-то красное со счастливой улыбкой и с рожей загнанного кабана, отдаленно похожее на Огниуса.

— Мы нашли его! — проорал он ещё из коридора.

— Кого? — недоумённо спросил король, позабыв про всё на свете при виде такого начальника стражи.

— Артёма! Мы нашли его по мобильнику брата. Они в лесу, в десяти километрах к западу от деревни. Сейчас туда будут стянуты войска. Я лично полетел в это место, — счастливо проорал Огниус, как будто только что испытал самое большое удовольствие в жизни. Шевелюра на нём была ещё больше помята, всё лицо — красное, а глаза беспричинно бегали по комнате.

— Я с вами. Скорее, чтобы не упустить, — сказал Тсалвус Первый, пытаясь решить радоваться ему поимке врага или сожалеть, что его безупречный "Королевский план" теперь не нужен.

Артём лежал на поляне и спокойно смотрел в небо, то самое небо, которое до невозможности далеко и на котором так хочется побывать тем, кто его видит. Как же мелочно-суетливо выглядит жизнь людей оттуда, где облака черепашьей походкой ползут по синеве. Братья находились примерно на пятьдесят километров восточнее той дороги, на которой их искали, хоть и не знали этого, потому по пути им никто не встречался. Конечно, ради осторожности Артём всё же не снимал капюшон и внимательно прислушивался к внешним звукам, но чувство страха со временем притупилось, сменившись вечной усталостью и скукотой, свойственной всем городским жителям, на время оказавшимся в глуши. Коля же наоборот, казалось, получал удовольствие от путешествия, но не из-за своей нездоровой весёлости и насмешливости над всем, а из-за нового увлечения охотой. Пистолет, который дал Сифоня, был, естественно, волшебным: в нём никогда не заканчивались пули. Это так понравилось Коле, что тот целый день стрелял в любое место, которое могло ему показаться интересной целью, благо оружие было ещё и бесшумно. Артём по этому поводу часто ругал брата, говоря о том, что можно случайно ранить кого-нибудь, намекая в первую очередь на себя.