Array Array - Мастер сновидений

Тут мне пришло в голову, что надо бы приодеться, причесаться, речь приготовить. Высказала эти мысли Одрику. Он сказал, что пойдет в другую комнату и мешать мне не будет.

Пришлось искать в вещах единственное вечернее платье, взять которое меня уговорил Юммит. Как оказалось, он был прав и одно платье мне точно пригодится, а другого у меня с собой и нет. Пошла искать девушек, чтобы мне это платье погладили и помогли прическу сделать. Я тут госпожа или где?

Вассальную клятву от имени всех оддньюкаров мне принес старейшина. Очень торжественный ритуал — клятва на крови. Только немного не похож, на тот, о котором я читала, ну да это, наверное, местные особенности или они просто весь ритуал выдумали прямо здесь, для большей торжественности. Но как бы то ни было, Афари, которой приносится клятва на крови, ее приняла. Ох, не знала… Клятва, засвидетельствованная богиней — это серьезно, нарушать ее нельзя, худо будет.

Потом я толкнула небольшую речь, сводившуюся к благодарности за оказанное доверие и заверениям, что приложу все силы, дабы привести их к процветанию. То есть вывести из топей в вольные земли. Громкие аплодисменты, все довольны и рассаживаются за столы.

Тут собралась большая часть мужского населения Топей, около пятисот особей, все бы просто не поместились, и еды столько не сготовить, даже в человеческом облике едят они много, очень много. И как дядюшка собирался кормить армию ящеров? Хотя…, после боев должны оставаться трупы…, по крайней мере, варгов они съедят с удовольствием и даже сырыми, а при большой голодухе они и гварричей едят. По словам Мары гварричи на вкус хуже навоза хвачиков, верю, она и то и другое пробовала.

Оказалось, что мои подданные не пьют крепких напитков, хотя знают об их существовании, максимум, что они потребляют — пиво, не горькое и почти без градусов. Не переносят они алкоголь, плохо им от него.

А в остальном торжественный ужин прошел «на высоком уровне». После ужина был почти бал, я немного потанцевала с Юллитом и по–тихому пошла спать.

Где шлялся после ужина Одрик — не знаю. Утром он тихо–мирно спал в гостевой комнате. Отправила его после завтрака гулять, а сама села изучать тетрадочки.

В обед зашел старейшина и пригласил меня совершить «объезд владений». Прогулка займет пару дней. Согласилась, но послезавтра, заодно надо бы заехать к источнику и попытаться снять защиту, а вдруг да получится? И природный портал осмотреть не мешало бы…. Одрика придется оставить тут, на хозяйстве, к тому же надо присматривать за моей подружкой, курс лечения которой должен скоро закончиться.

— Госпожа, — позвал меня кто–то не решавшийся войти в мою резиденцию.

— Войдите, — пригласила я, нехотя оторвавшись от дядюшкиных посланий потомкам. Надо же подготовиться к завтрашней поездке…

В мои покои в глубоком поклоне вошли оборотни мужчина и женщина — семейная пара. У женщины на руках был сверток цветного полотна, в полотне кто–то живой, видимо ребенок оборотней.

— Нижайше просим прощения у госпожи за беспокойство. — И падают на колени.

Этого еще не хватало! «В моем доме не становитесь ни на какие колени!» — всплывает сцена в моем мозгу. На самом деле все не так комично, на глазах женщины слезы.

— Немедленно поднимитесь! Меня не интересуют ползающие подданные, меня больше нравятся красивые, сильные и быстрые.

— Вы как всегда правы, госпожа. В нашем роду все были очень быстрые, это я ВАС привез сюда. Меня зовут Аллиг Кром, мою жену Арнори. А вот у него, — несчастные родители развернули свое чадо, — до сих пор нет имени, а ему уже шесть дней!

— Так что вам мешает назвать его?

— Госпожа еще не знает? Мы появляемся на свет, вылупившись из яйца в виде ящера. — Ящер это громко сказано, передо мной что–то вроде живописно окрашенной игуаны, но уже с зубами. — Но на четвертый день малыш должен обернуться, и в день первого обращения он получает имя. Имя в этот день конечно традиция, но само первое обращение очень важно. Мы ведь выкарливаем наших детей молоком, а в человеческой форме это удобнее. Но не это самое главное, первое обращение — это как рождение еще раз. С каждым днем первообращение для него все труднее и труднее. Мы развиваемся гармонично, сочетая в себе обе формы. А в одной ему не достичь совершенства, он никогда не станет оддньюкаром, останется просто ньюком — болотной тварью, и будет изгнан…

Беру малыша–оборотня из дрожащих маминых рук. Он глядит на меня слезящимися глазками, вздрагивает, совсем по–человечески вхлипывает. Что же с ним не так? И чем я могу помочь, когда они так плохо воспринимают магию? Но попытаюсь. Разглядываю малыша в магическом диапазоне. Пара линий подчинения почему–то перехлестнулась, и образовался узел. Малыш видимо уже пытался обернуться, но линии должны вывернуться вместе с ним, а затянувшийся узел не позволил.