Array Array - Мастер сновидений

Эльфов–ящеров дядюшка сюда в топи не привозил, они охраняли его основную лабораторию, и я так думаю, там все и погибли, долг не позволил им сбежать. И еще они абсолютно не ладили с моими подданными. Оддньюкары их крупнее и перебили бы всех эльфов–ящеров на раз. Конкурентов никто не любит.

Хозяин и Хозяйка — это тоже игрушки–зверюшки дядюшки. Сначала дядюшка пытался сделать просто пауков, чтобы делали ему шелк, но не получилось… Они все норовили сожрать друг друга. Тогда…, тут в записях, что–то такое наворочено, идут ссылки на другие дневники, кажется, паукам были добавлены гены муравьев и кого–то еще. В результате получилась Хозяйка, которая руководит всеми своими слугами — детьми, неполноценными самками. А про Хозяина, тут написано, что дядюшка, для придания шелку разных магических свойств, наделил магией Хозяина. И еще весьма интересная приписочка, это уже тут в Топях сделана. Магия пауков привязана к источнику, источник не стабилен и что из этого может тут получиться — он не знает. Экспериментатор хренов!

Одно хорошо, как я поняла, Хозяйка с Хозяином из Топей выходить вряд ли захотят. Они со своей магией намертво привязаны к источнику, а если учесть, сколько лет они тут живут, и сколько поколений уже сменилось, то… Пауки останутся тут, но в уходе своих невольных соседей и снятия защиты, они заинтересованы не меньше оддньюкаров. Живут они мирно, но предпочли бы жить по отдельности. Хищники…

Тут мое интересное чтение и не менее интересные рассуждения были прерваны явившимся женишком.

— Привет, Анна, печенюшками балуешься? — Я посмотрела на поднос, принесенный девушкой, от печенья и молока почти ничего не осталось, пока читала и думала, почти все съела и выпила.

— Да, вот, сижу, читаю.

— А чего читаешь–то? Интересно?

Протягивает руку и хватает один из дневников и тут же его бросает.

— Уй, жжется, предупреждать надо!

— А я не знала… Сильно жжется?

— А то ты не знаешь?

— Не знаю. Я их брала нормально, меня не жжет. А ты куда девушку дел? И как прошел визит к Хозяевам?

Одрик опасливо косится на тетрадки, я убираю их с пуфика, он садится на него, тянет руки к остаткам печенья и, запивая его молоком, начинает рассказ.

— Торкану я оставил там, в гамаке у Хозяев, она спит, и будет еще спать несколько дней. Они говорят, что вылечат ее, и она будет такой, как была осенью, до того как ее покусали.

— Ага, а еще что?

— Ты знала про Проводника у нее на руке?

— Знала, конечно, а что?

— А почему мне не сказала?

— А зачем тебе? Ну есть у нее на руке такая штука с мерзким характером, и что?

— Надо было сказать…

— Это дело Торканы, говорить тебе об этом или нет. Я о Дике узнала давно, когда девушка болела, и он просил о помощи, чтобы ее спасти. А рассказывать о нем тебе или нет, это уже ее решение.

— Ладно, а про это ты что скажешь? — И показывает мне нитяной браслет на руке, очень похожий на Дика, только пошире… А в магическом зрении это… это просто нитяной браслет.

— Красивое украшение.

— Чего? Эти мохнатые пауки переростки сказали, что это Учитель.

— Учитель? Может быть, но я этого не вижу. Да ты сам посмотри…

Одрик вместе со мной изучает браслет, и тоже ничего не видит, нитки как нитки, только шелковые и цветные. Юноша злится и пытается содрать с себя браслет, ничего не получается, нитки крепкие не рвутся, пытается схватиться за младшую сестру и получает от нее небольшой разряд током, и еще сильнее обижается.

— Вот, опять, твои вещи меня обижают.

— А ты не хватай их без спросу.

— Дай мне чего–нибудь, я попробую это срезать.

— Свои мечи я тебе для этого не дам, ищи что–нибудь в другом месте. Об эти нити можно не один нож сломать. Мне мои мечи жалко, затупишь… — Сестры соглашаются, они не хотят пилить паутинный шелк.

— Зачем? Ну скажи, зачем надо было это на меня одевать?

— Может быть, чтобы ты пришел к ним еще раз, с этим вопросом?

— Я же им говорил, что мне учитель не нужен, а они уговорили. Согласился, и получил это девчачье украшение.

— Да ладно тебе… Потом сходишь к ним еще и попросишь снять или разъяснить как работает. Мне к ним тоже наведаться не мешало бы.

— А еще печенья нет?

— Тут молока немного осталось… будешь?

— Ты еще спрашиваешь… Я из–за этих… без обеда остался.

— Не расстраивайся, обеда не было. Сегодня будет торжественный ужин, в мою честь, там и поедим.

— А я думаю, чего такая суета, столы ставят, илларей жарят, и по всему селению такие запахи. Слюни текут…