Шарли(улыбаясь). Воли у короля Франции вволю! Только (задумчиво), друг, нет у меня желания быть королем! Я хотел бы закончить обучение, заняться наукой, стать учителем и таким оболтусам, как мы, читать лекции. А ещё я хочу полюбить девушку, жениться, родить детей, я бы их назвал, как и братьев, Жаном и Жаком, а девочку Жанной, как мою матушку, я тоскую по ним, мечтаю о своей семье!
Я долго думал о своей жизни, вернувшись во дворец. Тяготят меня дворцовые порядки, а роль короля ещё тягостней. Это не наш университетский театр! Правила игры другие! И счастье свое и смысл существования я вижу не во власти, а в семейном очаге и простоте жизни!
Жувеналь.Шарли, как твой товарищ, я понимаю тебя! А кто будет королем? Ведь ты последний в роду Валуа. Мы не застали, но слышали от стариков о мерзостях и междоусобных склоках герцогов и графов, которые думали о своем кармане и раздирали королевство по частям. Пока, твой отец, Карл Мудрый не прижал всех к ногтю! А у мудрого короля не может быть глупого сына! Лишь ты сможешь продолжить отцовское дело и сохранишь Францию! Это твоя воля и твоя сила! Лишь пальцем поведи, все выполнят чиновники!!!
Шарли.Я боюсь. Боюсь, потому как не знаю, следует поступать так или иначе. Я боюсь, что действия мои приведут более к плохому, нежели к хорошему. Нет матери, нет братьев, нет отца, от кого я бы мог получить нужный совет и поддержку. Мне и поговорить то не с кем. Только старик Этьен, слуга, которого я знаю с младенчества.
Жувеналь.Король назначил твоими опекунами и регентами герцогов Анжуйского и Бургундского. Опытные воины и тертые политики, верные помощники короля! Думаю, и тебе они станут опорой! К тому же, не забывай, мы твои друзья, всегда и во всем поддержим тебя, придём на помощь, позови только!
Шарли.Спасибо, Жувеналь, но сомнений в моей душе пока больше, чем уверенности…
Жувеналь.Шарли, помнишь, как мы учили латынь, переписывая Диалоги Сенеки и Демокрита? Выполняй свой долг перед людьми, перед самим собой, перед человечеством. Способность преодолевать материальные и чувственные привязанности отличают правителя от толпы, погрязшей в чувственности. Долг превыше всего, поэтому следует презирать понятие счастья, как расслабляющее волю и мешающее исполнять долг. Интересы государства, общества являются высшей ценностью и ими не следует пренебрегать, следует заботиться о их исполнении!
Шарли.Помню. И помню то, что Цицерон считал семью главной основой общества!
Жувеналь.Да! А еще Цицерон писал, что лидеры рождены ради служения другим людям, общей пользы, им должно скреплять человеческое сообщество нравственной чистотой, делами, способностями, стремиться познать истину, отстаивать нормы морали. Главная цель правителя и назначение его – общее благо, охрана частных интересов семьи, граждан, сохранение традиций и обычаев отцов. В своей деятельности он должен руководствоваться не чувством страха перед высшей карой, а нравственным чувством стыда за нарушение законов. Вот, помню наизусть!!! Это ли не программа твоих действий как короля, Шарли?! А ты говоришь – не знаю, как поступать и что следует делать!!!
Шарли.Ты прав друг! Спасибо! Можно сказать, я получил благословение от стариков-философов! Тише! Тут кто-то есть ещё!
Оба вглядываются вглубь сада и видят Удину.
Жувеналь.Помнишь, как пугали мы матрон и разнеженных девиц, подбрасывая им мышек да лягушек? Есть повод повторить подвиг и от души посмеяться!
Тихо направляются в сторону девушки. Но та, замечая юношей, встречает их поклоном.
Удина.Ваше высочество! Сеньор!
Шарли.Ты кто, как тебя зовут, что ты тут делаешь?
Удина.Удина де Шамдивер. Я ухаживаю за садом и помогаю во дворце. Мой батюшка, был главным конюшим у короля. Но теперь я одна и герцог Бургундский милостиво разрешил мне остаться, при условии, что я буду смиренна, прилежна и незаметна.
Жувеналь.Опять герцог! Доброта его не знает предела. Хороший человек. Зря ты так о нем, Шарли.
Удина.Я вышла в сад, что бы сообщить – обед накрыт, вас ждут, но услышав разговор не решилась прервать его. И пока занялась цветами. Прошу прощения, ваше высочество! Ведь вы, наверное, голодны!
Жувеналь.Не то слово. Я уже готов превратиться в волка-оборотня, как Жан Гренье, и признаюсь до суда в жажде человеческой плоти (меняет голос). Мне особенно нравятся тела молодых девушек, и я надеюсь, что очень скоро смогу наслаждаться их прекрасными прелестями.
Читать дальше