Джон Варли - Демон

Робин едва могла различить две фигуры даже при максимальном увеличении и потому внимательно слушала, как Конел описывает происходящее.

— Второй ангел метрах в пятидесяти позади. Теперь подлетает... все ближе. Первый поворачивается. Вот он передает ребенка... ага, второй уже его взял. Держит он его так же, как и первый. Адам проснулся. Он... мм... он плачет.

Робин с трудом проглотила слюну. Сзади послышалось какое-то восклицание Криса, но оглядываться она не стала.

— Первый быстро отстает. Он... о Господи!

— Что? — рявкнула Сирокко. — Ну, докладывай!

— Он... мм... первый ангел просто разлетелся на части. То есть чертовски классно рванул. Мы только что пролетели сквозь его перья. Кости и смертезмеи падают... я их уже не вижу. Если вы в нужной точке, чтобы поймать ангела, вы наверняка вот-вот сквозь него пролетите.

Все ждали. Робин смотрела, как растет диффузное облако, что прежде было ангелом. Вскоре она уже смогла опустить бинокль и наблюдать невооруженным глазом. Послышался стук, будто ударил град. Обмякшая смертезмея на мгновение обвилась вокруг левого крыла, затем ее унесло прочь.

— Вот, значит, в чем фокус, — заметила Сирокко. — Эти ангелы вообще не собираются садиться. Если мы собьем следующую смену, несущий Адама просто будет лететь, пока не подохнет.

— Для начала, он и так неживой... — начал Крис.

— Не цепляйся к словам, Крис. И не валяй дурака. Зомби так же жив, как и мы с тобой. Это групповой организм, улейный интеллект, что захватывает труп и живет в нем. Смертезмеи понемногу едят мертвечину, ну и еще всякую дрянь. Ничего сверхъестественного тут нет.

— А ты не думаешь, что этот... просто решил умереть? То есть... ведь все смертезмеи разом откинулись. Разве такое возможно?

Робин видела, что Сирокко обдумывает ответ.

— Ты не понимаешь самой сути зомби. Во-первых, у них нет инстинкта самосохранения — ни личного, ни общественного. Они не чувствуют боли. Я слабо верю, что они разумны, но приказу они следовать могут. Тот, кто управляет этой братией, скорее всего дал им общую директиву — а именно доставить ребенка живым и невредимым. Кроме того, они получили представление о некой особой тактике. Вот они ее и выполняют.

— Мне все это дело кажется тщательно просчитанным, — заметила Робин.

Сирокко кивнула:

— Пожалуй, она права. Кто бы все это ни спланировал — Лютер, Бригем, Мерибейкер, Мун, любая сволочь, — они четко прикинули, сколько может пролететь смертеангел, пока не сойдет на нет. Этот, вероятно, мог бы пролететь еще пару километров, но до земли он бы уже не добрался. Так что, когда его миссия кончилась, он загнулся. О чем это говорит? А о том, что, если мы собьем следующую смену, Адам будет падать к Крону, а вы двое будете изо всех сил стараться его изловить.

Крис откашлялся, и Сирокко на него взглянула.

— По-моему, сейчас самое время этим заняться.

— Я согласен, — сказал Конел.

— Скажи, Сирокко, — продолжил Крис, — как по-твоему, каковы шансы? Если Адам начнет падать, успеем мы с Робин его поймать?

Сирокко покачала головой:

— Что я могу сказать, Крис? Я уже часами об этом думаю. Слишком много разных факторов. Если честно, то думаю, ваши шансы очень велики. Вас двое, и каждый успеет сделать пару попыток. Если не запаникуете, если научитесь управлять своим падением... тогда наверняка его поймаете. Робин говорит, у нее уже был опыт, так что, быть может, ей и повезет. Я бы оценила шансы в девяносто пять процентов.

— Цифра может быть еще выше, — вмешалась Искра. — Я должна это сделать.

— Ты не можешь быть сразу и там и тут, — ответила Сирокко. — Мое решение именно на этом и основывается. — Она повернулась к Крису. — Я скажу так. Ваши шансы поймать его превосходны. Если биться об заклад, я бы сказала — идет. Но остаются пять процентов возможности провала.

— Знаю-знаю. — Крис опустил лицо на ладони и долго-долго молчал. Когда он поднял голову, глаза его покраснели. — Так что же делать, Капитан?

Сирокко откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

— Пойми, Крис... я не могу принять этого решения. Не могу понять, хочу я его вернуть просто потому, что он человеческое дитя, или потому, что он — мое личное избавление. Я чувствую себя профессионалом, которого призывают, когда ребенок похищен. Я могу дать пару-другую советов насчет того, что может случиться, но решения о мерах остаются за родителями. — Она перевела взгляд с Криса на Робин и обратно. — Я буду выполнять то, что решите вы оба.