Джон Варли - Демон

Сирокко кивнула:

— Да, звучит логично. Но можно побиться об заклад, что Гея об этом подумала и нашла какую-то уловку. Что это за уловка, можно будет узнать при первой передаче.

Крис согласился, хотя ожидание казалось пыткой.

— Предлагаю еще вот что обсудить, — начал Конел. — Не попытаться ли нам все-таки его отобрать? Может, мне удастся подобраться поближе... ну, деталей я пока не разработал.

— Не думаю, Конел, — сказала Сирокко. — Мы должны держаться первого приоритета — то есть ничем его не тревожить.

— Тогда я вот что скажу, — возразил Конел. — Почему Адаму безопаснее лететь в лапах этой твари, чем падать вниз, когда Крис и Робин будут готовы его поймать? И почему ты думаешь, что с ним будет все в порядке, если эти выродки доставят его Гее?

Крис сглотнул комок в горле. Он удерживал эти мысли где-то на задворках сознания, но они постоянно стремились оттуда вырваться. Теперь же они заворошились с такой силой, что он едва не закричал.

Вид у Сирокко стал очень усталый.

— Я думаю, у Геи он будет в полной безопасности, — мрачно проговорила она. — По крайней мере в физическом плане. Уверена, он ей нужен живым. — Она помрачнела. — Это точно. Сейчас я это проверю.

Она стукнула кулаком по развалившейся во сне фигурке Стукачка. Тот завизжал и вскочил на лапки.

— Только без спичек, только без спичек! — Вид у него был предельно обалделый. — Ох, голова моя, голова! — Стукачок скорчился на приборной доске, упершись в нее подбородком, и накрыл голову лапками. Сирокко одну за другой оторвала обе лапки от головы твари.

— Успокойся, Стукачок, — сказала она. — Ответишь на несколько вопросов, и я тебя больше не трону. Даже дам еще три капли.

Один глаз твари вылез наружу на тоненьком стебельке.

— Так ты не сделаешь бо-бо малышу Стукачочку? — захныкал он.

— Не-а.

— И дашь выпить-закусить?

Сирокко достала фляжку и капнула из пипетки в пасть демону.

— Теперь ответишь на вопросы?

— Валяй, если готова, кошечка.

— Мы нашли ребенка, которого искали.

— Вот и чудно, вот и хорошо. Нашли, а толку мало, ага?

— Ага. Он направляется к Гее, верно? Стукачок кивнул:

— Гея любит мелкого засерю. Гея будет к нему ох как добра. Почетный пленник. Ни в чем не будет отказу мелкому старине Адаму. Вонючие жрецы много недель носами землю рыли, пока не пришло известие, что мелкий ублюдок уже в пути.

— Не понимаю, как... — начала было Робин, но Сирокко жестом приказала ей молчать. Она нагнулась пониже, и Крис едва расслышал шепот.

— Когда он не настороже, можно узнать очень многое. — Казалось, Стукачок снова погрузился в сон. Сирокко помахала пипеткой, и морда демона тоже стала ходить вправо-влево.

— Еще, Стукачок. Крошечный демон захныкал:

— Еще, еще, еще, всю дорогу еще... что им от меня нужно? Почему меня не оставят в покое? Вечно достают, ни минуты покоя... а я тебе скажу — я не виноват! Меня просто подставили! Я ни о чем таком не просил, я...

— Скажи, Стукачок, куда я должна послать Оскара?

— Мой агент обо всем позаботится, — ответил он, мгновенно очухиваясь.

— Вонючие жрецы много недель носами землю рыли... — отважилась Сирокко.

— ...много недель! Кто первый его найдет, говорит Гея, станет новым Магом. Или Феей. Феей, Феей, чудесной, замечательной Феей!

— А ребенок?

— Он станет Царем. Царем колеса! Можешь поверить, Гея славно позаботится о мелком недоноске! Только самое лучшее.

— Она не хочет его смерти?

— Ни Боже мой! Не повредить ни единого волоска на его мелкой башке, говорит Гея, или лучше сразу откинуть копыта! Иначе она целый год будет отрезать от тебя по кусочку, а умереть не даст! У нее для засери уже готов дворец — весь из золота, самоцветов там всяких и чистой платины. А по всему дворцу уже носятся взмыленные кормилицы, лакеи рвут и мечут, готовясь расчесывать жидкую волосню, мыть пипку и маслить пятки.

— А зачем ей все это нужно? — поинтересовалась Робин.

Стукачок икнул и обратил на Робин один мутный глаз. Он оглядел ее с головы до ног, а потом один уголок его пасти пополз вверх.

— Сиськи славненькие, губки сладенькие. А хочешь глянуть, где у меня татуировочка?

Сирокко щелкнула его по морде. Стукачок рыгнул.

— Как там змейка? Хвост я вижу, а где голова? Сирокко еще раз его щелкнула. Стукачок заморгал, покачал головой и запел:

— Змейка-змейка, в дурдоме ты иль где? Хвост наружу виснет, а голова в...

На сей раз его щелкнула Робин — причем от души.

— Вот те на! — разбушевался Стукачок, злобно расхаживая по приборной доске. — От тебя, крыса, я еще готов всякие гадости терпеть! От тебя — но не от нее! Все, абзац — больше ни слова не скажу. Мой рот на замке!