Андрей Петракеев - Нежить

Он перехватил обмякшее тело бойца и прикрываясь им как щитом, развернувшись спиной к стене основания Маяка, стал продвигаться ближе к бойцу, что раздавал команды, указывая рукой. На несколько секунд наступило затишье. С десяток бойцов лежали не подавая признаков жизни, остальные заняли позицию полукругом, нацелив винтовки на Александра, прижавшегося спиной к стене.

Бой сместился в сторону, а потому до ЭМОБи было метров двадцать. Но основной целью сейчас для Александра был командир нападавших.

Отлипнув от стены, он стал понемногу приближаться к атакующим. Двое бойцов выстрелили из подствольников, в сторону Александра полетели две сети. Сдвинувшись в сторону, он легко избежал их и тут же рванул вперёд, всё ещё прикрываясь телом бойца. Бросив его на одного нападавшего, он сделал резкий разворот и кинулся на командира напавших.

Этот был опытнее своих подчинённых, он отбросил в сторону винтовку, выхватив нож, парировал им удар Александр, нанеся длинный порез на руке. Бок и бедро сзади тут же обожгли два заряда.

— Стреляйте! Стреляйте в него! — завопил командир и ещё раз взмахнул ножом. Александр не успел навалиться и получил ещё один порез, на сей раз на груди.

— Сука! — удар наотмашь по шлему, ещё один. Ремешок на подбородке лопнул и сфера соскочила с головы. Александр тут же ударил в лоб. Ему не было больно, но весь организм будто кричал, что вот ещё немного и всё, цепи погорят, электрошоковые разряды выжгут привода. — Сука-а!

Он никогда не ругался. Никогда даже в мыслях не позволял себе оскорбить человека. Но тут почему-то сорвался и ругань помогала. Перехватив бесчувственное тело командира и прикрывшись им, Александр заорал:

— Ещё один выстрел и я сверну ему шею! Я убью его! Слышите, шакалы! А потом я одного за другим убью вас! Одного за другим, твари! Назад! Бросить оружие.

Он наступал, шаг за шагом всё быстрее и быстрее.

— Бросаем и бежим! Бежим я сказал! Я сверну ему шею, суки!

Бойцы нехотя пятились назад.

— Хотите все здесь остаться?! Назад! Оружие на землю! Все! Быстрее!

Они подчинились. Побросав винтовки отошли на пару десятков метров, встали, готовые броситься обратно. Дакса жалко было всем, но едва связь с ним пропала, командование вновь взял на себя Терников.

— Отходите, но только недалеко. Приготовить электрошоковые гранаты и пистолеты, — нервно говорил он в коммуникатор. — Он хочет бежать, как только дам команду, бросайте гранаты. Забрасывайте его и расстреливайте, он более живуч чем я предполагал!

Едва Александр предпринял попытку завладеть ещё одной винтовкой, в него полетели гранаты. Он рванул в сторону, но тут его настигли пистолетные пули. Он споткнулся, тут же две гранаты разорвались буквально под ногами, буквально опутав их сполохами электроразрядов. Беспрерывная стрельба в упор из пистолетов, а потом и из винтовок сделали своё дело.

Ноги подкосились, они просто перестали его слушаться, руки обвисли, тело выгнуло дугой и он рухнул на землю.

«Как же теперь щенок? Как он без меня»? — мелькнула мысль, последовал жгучий удар в грудь и сознание накрыла темнота.

Тут же, как только Александр упал, к месту боя рванул «элефант».

— В строну! В сторону! — Терников выскочил из салона, подбежал к Александру, держа в руках маленький терминал с гибким кабелем, оканчивающимся шип-ключом. Повернув голову и вынув заглушку из пеноплоти, Терников вставил шип-ключ в гнездо-приёмник импланта. — Та-ак, посмотрим!

Спустя полчаса Александра уложили в специальный кофр и поставили подле колёс «элефанта». А когда Терников закончил колдовать над пленником со своим терминалом, перенесли в салон десантного отсека.

Сюда же, к «элефанту», пригнали ЭМОБи со всеми вещами. Остаток вечера и ночь решено было провести у Маяка, а утром отправляться обратно. Можно, конечно, было вызвать корабль прямо сюда, погрузиться и улететь, но законы Фароса запрещали посадку кораблям в иных местах, кроме как на космодромах. Орбитальная полиция строго следила за нарушителями, а национальная гвардия немедленно реагировала и не давала спуска даже тем, у кого были связи «наверху». На Фаросе перед законом были равны все. Ну, или почти все.

К всеобщей радости в себя пришёл Дакс, его усадили в кресло автодока, подключили к аппаратуре восстановления и он молча наблюдал за тем, как его товарищи стаскивают трупы бойцов к машине. Всего его отряд потерял восемь человек безвозвратно и двоих тяжелоранеными. Этих двоих тут же упаковали в медицинские кофры с системой жизнеобеспечения и вызвали с корабля двухместный коптер, в его грузовой отсек помещалось как раз два больших кофра.