Андрей Петракеев - Нежить

Ну, с деньгами у меня вроде бы напрягов пока нет, хотя таскать при себе пачки кредитов опасно. Фарос, так Фарос, пережду несколько дней, а там рвану на Лив».

Александр погладил притихшего Рика, подмигнув ему.

— Дадим небольшого крюка. Посмотрим достопримечательности. Путешественники мы или нет?

Но всё было совсем не так, как представлял себе Александр. Он хоть и имел опыт в небольших походах, интересовался скалолазанием и дайвингом, любил путешествовать, ощущал себя настоящим скаутом, но был профаном в том, что называлось заметанием следов.

По его следам, таким отчётливым и горячим, шла свора настоящих ищеек.

Филипп Ролл сузил глаза, превратившиеся в щёлки и впился взглядом в лицо Терникова.

— Ты бы, доктор, занимался бы своими делами, — прошипел он, едва разжимая зубы. — Лечил бы людей, зашивал бы им раны. Так нет, ты вздумал делать мою работу! Ты, кто кроме пинцета в руках другого оружия не держал!

Лицо Ролла покраснело, глаза заволокло поволокой злобы.

— Ты ешь мой хлеб! — Ролл протянул руку, ухватил Терникова за его бычью шею, придвинул к себе. — Ещё раз перейдёшь мне дорогу, полезешь через мою голову, я вырву у тебя сердце!

Этот разговор состоялся две недели назад. Терников тогда едва в штаны не наложил со страха. Филипп Ролл, отморозок каких мало, каких нужно ещё поискать, работал на хозяев компании давно и выполнял особые поручения, порой делая невозможное. Но всегда Ролл оставлял после себя гору трупов. Нет, он работал аккуратно, со знанием дела. Бывший полицейский, сыщик и дознаватель, он имел большой опыт в общении с людьми. К тоже Ролл был неплохим психологом, тонко чувствуя натуру человека, он играл на чувствах и слабостях, запугивая или наоборот поощряя жертву. Ролл, по прозвищу Край, был хорошей ищейкой с длинным поводком.

Своё прозвище Ролл получил ещё будучи полицейским, как раз незадолго до того, как его вытурнули из управления. Работая с задержанным, он всегда говорил одну и ту же фразу:

— У тебя ещё есть место для манёвра, дружок, но скоро будет край! И этим краем буду я!

Кто-то поддавался уговорам, рассказывая о преступлении, кто-то молчал до конца. И у всех был край. Но у всех он был разный. Кто-то получал срок намного меньший чем предусматривал закон, а кто-то проводил на больничной койке по полгода, залечивая переломы, а потом отправлялся в окружную тюрьму, где его уже ждали. И это был край. У кого-то край жизни, у кого-то край рассудка.

Сегодня Ролл пребывал в хорошем расположении духа. Он выспался за время перелёта, сытно перекусил в настоящем венетском ресторане. А более того, он без особых хлопот узнал, куда отправился «Фламинго». До вылета у него была пара часов и он решил пройтись по местному рынку. Решил дойти до центра, посмотреть на местную ведьму. Болтливый механик с космодрома рассказывал, что она предугадывает будущее. Ему так хотелось узнать своё будущее, ведь это задание он наметил себе как последнее. Пятьдесят лет, это уже тот возраст, когда следует подумать о чём-то более существенном, чем квартира в стоэтажной башне, размером со средний гостиничный номер эконом-класса. Пора было думать о золотых пляжах у моря, скромном, но добротном бунгало и паре красоток, что удовлетворяют любую прихоть.

Он прошёл весь рынок, вышел на пятачок, где стоял шатёр гадалки. Его никто не встречал, хотя он ожидал этого. Потоптавшись, Ролл шагнул к шатру.

— Я не звала тебя, чужак, — донёсся женский голос, едва он коснулся полога.

— Я сам решаю когда и куда мне приходить! — Ролл откинул полог и вошёл. Не дожидаясь пока гадалка предложит сесть, он сел в плетёное кресло, в котором не так давно сидел Александр. — Я заплачу сколько скажешь, женщина, погадай мне.

— Я гадаю лишь по собственному желанию, и только тогда, когда в этом есть необходимость. — Гадалка сидела напротив, закутавшись в огромную серую шаль не смотря на то, что на улице была жара.

— Не заставляй меня сердиться, женщина, — Ролл криво усмехнулся. — Я не простой батрак с фазенды местного дона или мастафы. Не доводи до греха.

— Тебе не нужно гадать, чужак, — гадалка выпростала руку из шали и потыкала указательным пальцем в Ролла. — За тобой смерть идёт по пятам. Едва ты остановишься, она настигнет тебя. Ты преступил уже черту, ты подошёл к краю.

Глаза гадалки заволокло белёсым, пустые бельма смотрели сквозь Ролла. Холодок коснулся позвоночника и он непроизвольно вздрогнул.