Майкл Салливан - Полый мир

— Если честно, я удивлён, что тебе такая жизнь нравится. — У Эллиса гора с плеч свалилась, когда он проверил предохранитель. — Ни пива, ни льда, ни футбола, ни женщин. Совсем не по тебе.

— Я был пустым местом в мире денег. А теперь я король в опустевшей земле. Передо мной весь мир. Раньше я был белым пятном в общей картине, но мир снова стал чистым холстом.

— А с каких пор ты подался в философы? Четыре дня назад слоган из рекламы пива был для тебя верхом красноречия.

— Жизнь такая. Без телевизора, радио и интернета, практически без книг — когда ничто не отвлекает, начинаешь думать… и немало. Я долго в себе копался и понял, что бедно жил, да ещё и без денег. — Уоррен приподнял бровь, наблюдая, оценит ли Эллис его каламбур.

Он слегка улыбнулся. Уоррен ему подмигнул.

— Мир канул в Лету. Мы можем создать всё что душе угодно. Основать новую цивилизацию. Сделать на этот раз всё как надо.

— Здесь и так есть цивилизация. И не факт, что эти миллионы людей согласятся с твоими планами на будущее. Как я понял, для них поверхность практически святая.

— Ты же был с ними. Сам знаешь, какие они. Дети малые. Как будто они нам сдачи дадут. Мы как тот испанец, который в Мексику приплыл…

— Кортес?

— Да, он самый. Тот всю Мексику с десятком солдат покорил.

— Кортес захватил Ацтекскую империю с помощи пяти сотен солдат, нового на то время оружия и оспы.

— Да, да. Ну вот, мы как он. Мы ведь единственные настоящие люди на Земле. Остальные… даже не знаю, если честно, кто, но они вырезали у себя из генов агрессию. На мою вторую жену похожи. Будут орать да кукситься, но самое страшное, что сделают, — это обзовут козлом и, может, бросят чем-нибудь. Да чтобы править этим миром, всего-то и нужно, что пара кулаков да охотничий нож. А у нас двоих есть пушки. С ними мы здесь практически боги.

«Или демоны».

Уоррен ухмыльнулся, увидев лицо Эллиса.

— Не пугайся, я не планирую стать вторым Гитлером. Ну сам посуди: они живут под землёй, так что мешает нам устроить наверху свой городок? Что им, будет до нас какое-то дело?

— Возможно.

Уоррен задумался, медленно попивая чай. На кухне гремели кастрюлями и хлопали дверцами шкафчиков.

Эллис посмотрел на пистолет. «Почему я до сих пор его держу? Всегда ведь раньше убирал». Он положил пистолет на колено, подтянул к себе рюкзак из-под кресла и вытащил плащ.

— Что, замёрз? — спросил Уоррен.

— Нет. — Короткое слово прозвучало зловеще, но, возможно, только для Эллиса, ведь он один знал, что последует дальше.

Эллис достал из кармана письма, пролежавшие там с 2014 года. Он уже спрашивал себя, а стоит ли о них говорить? Чего он этим добьётся? Пегги мертва, весь прошлый мир исчез без следа. Однако для Эллиса прошло всего несколько дней, и он не мог оставить всё позади, не разобравшись сначала с этой раной. Как учила в детстве мама, чтобы избежать инфекции, лучше всего залить порез перекисью водорода. Да, будет ужасно больно, но так нужно: только после этого можно наложить повязку — только тогда рана начнёт заживать.

Эллис не сказал ни слова. Просто протянул Уоррену небольшую пачку писем. Тот озадаченно посмотрел на них и пролистнул пальцем.

— А-а, — наконец произнёс он, а в глазах засветилось понимание. — Чёрт, сколько ж им лет? Так Пегги их сохранила?

Эллис сверлил его взглядом.

— Что? — спросил Уоррен. Ни следа раскаяния, ни намёка на сожаление.

— Ты трахал мою жену.

— Да, было дело.

— Сразу после того, как умер мой сын, ты затащил Пегги в постель.

Уоррен только кивал головой как китайский болванчик.

— Тебе нечего сказать?

Он пожал плечами.

— А что ты хочешь от меня услышать, Эллис? Две тысячи лет уже прошло.

— Но не для меня. Я только об этом узнал.

Уоррен понимающе кивнул.

— Ты хочешь, чтобы я извинился. Так, что ли? — Уоррен бросил взгляд на пистолет у Эллиса на коленях. — Или думаешь меня пристрелить?

Неужели так всё и происходит? Подсознание берёт бразды правления? Может, поэтому Эллис на самом деле отправил Пакса домой? Заранее стыдясь того, что может сделать? Пакс так хорошо о нём думал: не хотелось его подвести. Сколько раз, наверное, следователи слышали после стрельбы: «Он был таким хорошим человеком, и мухи бы не обидел. Не понимаю, как он мог так поступить. Совсем на него непохоже».

Эллис посмотрел на Уоррена.

— Мне не нужны от тебя пустые извинения. Я хочу, чтобы ты искренне сожалел.

— Идёт.

«Идёт?»

— Чёрт тебя побери, Уоррен! Ты мне другом был. Единственным настоящим другом. У тебя в жизни полно женщин было. У меня — всего одна.