Вадим Тарасенко - Боевой Космос

Час, обильно увлажненный пивом и приправленный жареными орешками, скользнул быстро. В руке у хозяина квартиры вновь оказался телефон.

– Ну что, каков сюжет? На двадцать миллионов тянет?

– По-моему звучала сумма в десять миллионов.

– Вы ошиблись. За десять миллионов Вы даже не отмажете Вашего шефа от рудников Гамеда, не говоря уже об освобождении. Поэтому – двадцать.

– Хорошо, – согласились на другом конце телефонной линии.

– Отлично. Тогда все завтра и сделаем. Я Вам мультик, Вы мне деньги. Чего тянуть, правильно?

– До завтра мы не сможем собрать необходимую сумму.

– Такая богатая партия и нет денег? Зачем же за Вас тогда голосовать, если Вы даже денег себе заработать не можете?

– Вы послезавтра встретиться сможете? – высокопоставленный партийный функционер не стал дискутировать о целях и программных установках своей партии.

– Послезавтра так послезавтра. Кстати, на каком флайере Вы передвигаетесь?

– Я вообще предпочитаю машину.

– Послезавтра придется изменить Ваши предпочтения. На встречу со мной прилетите на флайере. Поэтому назовите его марку, цвет и регистрационный номер.

– Последняя модель «Карнивала». Цвет черный с серебристой полоской по бокам, − и высокопоставленный партийный деятель нехотя, словно перед кем-то отчитываясь, продиктовал регистрационный номер своего флайера.

– Хорошая машинка, – одобрил телевизионный техник. – А теперь слушайте, как произойдет встреча, – и хозяин квартиры стал четко излагать свой план. – И только так. Не вздумайте что-либо менять в том, что я сказал. А то Ваш шеф раз в год будет Вам передавать горячие приветы с Гамеда по гиперсвязи! Все, до встречи! – кнопка отбоя бесшумно ушла внутрь корпуса телефона.

«А как я с ним! Так, наверное, и Президент со своими министрами не может разговаривать. Эх, не надо было в детстве дурака валять. Сейчас бы не сидел в этой убогой халупе, – хозяин квартиры с отвращением обвел глазами свои апартаменты. – Ничего, скоро перееду. За двадцать миллионов можно неплохой особнячок себе прикупить с парочкой спален. И в каждой – кровать, что эта комнатка, и бар с пивом. Что б только сказал «пиво» – дверца раскрылась и оттуда поднос с холодным «Бешеным быком», как птичка, ко мне вылетает. Пробка сама раз и в сторону! Я такой бар по телеку видел. Эх, заживу же!»

Старший советник партии «Справедливость и порядок» О'Ларри Ворос с минуту задумчиво смотрел на умолкнувшую телефонную трубку. Затем, все так же задумчиво стал снова нажимать на ней кнопки…

– Господин директор, – на мониторе перед Сарбом возникло встревоженное лицо его первого заместителя, начальника управления по внутренней безопасности генерала первой категории О' Тонни Кропи, – у меня срочное для Вас сообщение от моей агентурной сети. Касается дела Харка.

– Что там?

– По-моему, фильм, который собирался крутить телеканал «Правдивые новости» позавчера на площади «Содружества», не уничтожен. Точнее, существует ее копия.

– Что?!

– Мой агент утверждает, что видел его отрывок, – поспешно сказали с экрана монитора.

– Не может быть! Если бы он существовал, его бы оппозиция обязательно показала, – Сарб в волнении даже стукнул кулаком по столу.

– Я могу Вам сейчас переслать этот отрывок, – лицо генерала первой категории было непроницаемо.

– Так какого черта Вы медлите? Баккара! – выругался директор Службы Государственной безопасности.

Через секунду на него с экрана монитора смотрели глаза Харка:

– Я, О'Санни Харк, председатель партии «Справедливость и порядок» и бригадный генерал О'Локки Сарб, начальник Управления Государственной безопасности, – понимая всю значимость… – И Харк застыл со смешно раскрытым ртом.

Через секунду он услышал и свой голос:

– Вы говорите абсолютно точно.

И снова изображение застыло.

«Эта запись смонтирована из нескольких кусков, – догадался Сарб, – смонтирована таким образом, чтобы по ней можно было понять, что запись с Харком существует. Но что говорит Харк и я понять невозможно. Пока невозможно. Очевидно, кто-то хочет продать запись. Полную запись».

– Установили личность человека, который имеет эту запись?

– Нет. Свой телефон, по которому он вел переговоры, он сразу отключил.

– Он хочет продать эту запись?

– Да. Партии «Справедливость и порядок», – коротко доложил генерал первой категории.

– За сколько?

– Сначала этот человек просил десять миллионов левров. А через час уже двадцать.