Дэн Симмонс - Олимп

Поле у подножия Тощей Скалы казалось живым, на нём шевелились какие-то тени… Да и не только тени. Там копошились войниксы, беззастенчиво давя разбитые панцири собственных собратьев.

– Сколько наших уцелело? – спросил Даэман, когда Греоджи начал заходить на посадку.

– Примерно полсотни, – ответил пилот.

В отблесках виртуальной панели управления его перепачканное сажей лицо выглядело бесконечно усталым.

«Пятьдесят из четырёхсот», – хладнокровно подумал мужчина. Тело его ещё не оправилось после потери двух пальцев, а разум, по; всей видимости, впал в оцепенение после увиденного в Ардисе. Было даже приятно в такую минуту ничего не чувствовать.

– Как Ада? – проговорил он, помедлив.

– Жива, – отозвался Греоджи. – Хотя последние сутки лежит без сознания. Когда особняк загорелся, она не соглашалась улетать, пока мы не отвезём всех остальных… Да и потом, думаю, отказалась бы, но горящая крыша рухнула рядом, и балка ударила упрямицу по голове. Неизвестно, как её ребёнок… выживет он или… нет.

– А Петир? Реман? – промолвил Даэман.

Он пытался прикинуть, кто же возглавит общину теперь, когда Харман исчез, Ада серьёзно ранена и смерть унесла стольких колонистов.

– Погибли.

Соньер завис и пошёл на снижение во мрак, на гранитную вершину скалы. К приземлившейся машине двинулись, поднявшись от костра, несколько тёмных фигур.

Даэман удержал Греоджи за ворот рубашки.

– Почему вы ещё здесь? Чего вы ждёте, ведь войниксы близко! Пилот легко оторвал его руку.

– Да, мы тоже думали воспользоваться факс-узлом, но эти твари набросились прежде, чем кто-то попал в павильон. Мы потеряли четверых, пока отбивались. А больше лететь некуда. Ада и ещё дюжина из наших тяжело пострадали. Перенести всех разом не получится, а по несколько человек нельзя: серые уроды доберутся до вершины и оставшихся гораздо раньше. Когда придётся отбиваться от войниксов, на счету будет каждая пара рук Хотя возможно, у нас недостанет боеприпасов даже на эту ночь.

Сын Марины огляделся. Жалкие костры едва чадили – кучки лишайника и тонких веток, ничего больше. Самое яркое свечение на скале испускало яйцо Сетебоса, мерцающее молочным огнём в рюкзаке.

– Неужели всё так плохо? – подумал вслух Даэман.

– Боюсь, что да, – откликнулся Греоджи, соскользнув с борта соньера и чуть покачиваясь на ногах. Похоже, его утомление давно уже миновало свой крайний предел. – Тьма кромешная, хоть глаз коли. А эти твари могут напасть со всех сторон в любую минуту.

Казалось, Харман и Ариель невероятно долго падали в беспросветную мглу.

Полёт оборвался не роковым ударом о камни у подножия Золотых Ворот Мачу-Пикчу, но мягким приземлением на пружинистую почву джунглей, покрытую вековыми слоями палой листвы и гумуса.

В первую секунду ошеломлённый мужчина никак не мог поверить в то, что остался жив, потом неуклюже встал, оттолкнул своего спутника или спутницу – аватара биосферы с лёгкостью уклонилась от грубого прикосновения – и застыл, изумленно моргая.

Откуда взялась темнота? Только что у Золотых Ворот сиял белый день. Значит, Харман попал… куда-то ещё. Прежде всего в дремучие джунгли, да еще и на неосвещённую сторону планеты. Вокруг стоял запах тления, соков и жирной земли. Душный, влажный воздух лип к телу, точно сырое одеяло. Рубашка мужчины мгновенно вымокла и пристала к коже. Непроглядная ночь звенела голосами бесчисленных насекомых, шелестела в папоротниках, листьях пальм, лианах и прочих зарослях, где жили своей жизнью большие и крохотные создания. Пока глаза свыкались с мраком, а сжатые кулаки готовились повстречать лицо полупрозрачного существа, едва лишь оно окажется в пределах досягаемости, муж Ады на миг запрокинул голову: далеко-далеко, в тончайших прорезях чёрных крон, слабо мигали искорки звёзд.

Прошла минута. Внезапно перед Харманом возникла бледная бесполая фигура, похожая на призрак, парящий примерно в Десяти футах над землёй.

– Отнеси меня назад! – рявкнул мужчина.

– Куда же, позволь спросить?

– К мосту. Или в Ардис. Но только быстрее!

– Не могу, – промолвил издевательский голос, от которого можно было запросто озвереть.

– Сможешь, – процедил Харман сквозь зубы. – И поспеши! Не знаю, как тебе удался этот фокус, но лучше исправься, пока не поздно.

– И какие же кары грозят мне, если не повинуюсь? – с лёгкой усмешкой спросила аватара, светясь в темноте джунглей.