Роберт Уилсон - Мистериум

Интересно, когда теперь он увидит её снова? Но он не смог придумать благовидного повода, чтобы спросить.

Она остановилась на углу Бикон и Оук и повернулась к нему.

— Спасибо, что проводили.

— Не за что.

Она помедлила.

— Вероятно, мне не следует этого говорить. Но до меня доходили слухи. Слухи о нарушениях комендантского часа. Прокторы за этим следят. Декс…

Он покачал головой.

— Меня уже предупредили на этот счёт. Демарш запугивал меня собственной персоной.

Её голос понизился почти до шёпота.

— Не сомневаюсь. Это потому что он может . Это в его характере. Но я не собираюсь вас пугать. Я просто хочу сказать: будьте осторожны.

Она повернулась и поспешила прочь, а он стоял на ветру и смотрел ей вслед.

«Глашатай Ту-Риверс», еженедельная газета, не выходил со дня кризиса в июне. Той осенью его издание возобновилось.

Редакция «Глашатая» располагалась на Грейндж-стрит, однако типография находилась в Киркленде, в шестидесяти милях отсюда, а начиная с июня гораздо дальше. Там, где раньше был город Киркленд, теперь раскинулся сосновый лес с текущим сквозь него заледенелым ручьём.

Новый «Глашатай», единственный лист тряпичной бумаги, появился благодаря сотрудничеству прежнего редактора и комиссии наблюдателей Бюро. Текст состоял из объявлений армейских властей и прокторов. Отключения электричества в восточной части города — временное явление; ремонт будет завершён до конца месяца. Новый пункт распределения продовольствия открыт на пересечении Причард и Найт. Там также была пафосная редакционная статья, в которой говорилось, что возобновление издания газеты предвещает лучшие времена для Ту-Риверс, «словно унесённого штормовым ветром в неизвестный океан и плывущего к тихой гавани под спокойными ветрами сотрудничества».

На задней странице выделялась колонка с анонсом программы, в рамках которой холостым мужчинам в возрасте от семнадцати до тридцати пяти будет позволено ходатайствовать о профессиональной переподготовке и переезде в другие районы Республики; в период обустройства на новом месте будет выплачиваться пособие. Программа открыта для «Белых, Евреев, Отступников, Негров, Мулатов и Прочих — каждый может принять участие». Это объявления привлекло значительное внимание в городе.

Добровольцев нашлось всего несколько. Многие были не местные — они случайно оказались в городе, когда всё случилось, и не видели причин здесь оставаться. Другие были молодыми людьми, которым осточертели ограничения военного положения. Переезд разрешили всем.

Первый конвой покинул город 3-го ноября, увозя из города двадцать пять гражданских.

У некоторых были семьи. Они махали сёстрам и родителям, пока грузовик, громыхая, выезжал на юг с парковки перед супермаркетом «A&P» под холодным дождём и порывами ветра.

Кто-то улыбался. Кто-то плакал. Все обещали писать. Ни одного письма так и не пришло.

Клиффорд Стоктон часто думал об отце, особенно когда солдат приходил к его маме.

Его отец был товарным брокером в Чикаго (вернее, он жил в Чикаго до того, как всё изменилось) и никогда их не навещал. «Оно и к лучшему», говорила его мать, когда Клиффорд поднимал эту тему. «У него там своя семья. Другие дети».

Он никогда не приезжал и никогда не писал. Но дважды в год — на Рождество и на день рождения — Клиффорд получал по почте посылку.

Там всегда была открытка с именем Клиффорда на ней и подходящей фразой. Весёлого Рождества. С днём рождения. Ничего необычного.

Но подарок — сам подарок — всегда был отличный.

В один год отец прислал ему «Нинтендо» с охапкой картриджей. В другой раз UPS доставила радиоуправляемую масштабную модель P-51 «Мустанг» [19] Американский истребитель времён второй мировой войны. . Наименее вдохновляющим из его подарков был полностью укомплектованный набор юного химика, конфискованный через две недели после того, как Клиффорд уронил пробирку и привёл ковёр в гостиной в полную негодность. Самый же крутой подарок пришёл в мае этого года: программируемый сканер радиочастот с двумя сотнями каналов, с помощью которого можно подслушивать полицию, пожарных и аварийные службы — а также сотовые телефоны, хотя в Ту-Риверс вряд ли у кого такие были.

Клиффорд не вспоминал о сканере с июня. После оккупации его некуда было включить — не было электричества, так что он валялся в шкафу в его комнате на полке над вешалками для одежды… заброшенный, но не полностью позабытый.