Сергей Панченко - Себ

— Но из этого не сделаешь шатер? — Удивился управляющий Гарсия.

— Вас это не должно беспокоить. Наши умельцы сошьют все так, как было задумано. — Себастиен попробовал прибавить голосу солидности и убедительности.

Управляющий заколебался. Профессионализм советовал ему начать спор, но он боялся отвадить клиента. В конце концов, это было не его дело, советовать. Что клиент просил, то и следовало сделать.

— Ну и хорошо, сделаем, как просите. Мы как раз и хотели ясности. Максимо, проводи гостя.

Худощавый мужчина с растрепанными усами открыл дверь, выпуская Себастиена. Юноша откланялся и вышел. Когда за ним закрылась дверь, недовольный управляющий фабрикой не удержался.

— Молодые выскочки, как я их не люблю. Родятся в золотой колыбели и думают, что с детства могут всем указывать, как и что делать. Этот балбес не может понять, что если мы сошьем, как он просит, то получится шар, гигантский шар.

— Берегите нервы дон Гарсиа. Я всегда не понимал причуды богатых. Сохраните рисунок этого юноши, чтобы показать его родителю, если ему что-то не понравится.

Три дня прожили в гостинице Себастиен и Джулия, пока заказ не был готов. Путешествуя на карете по окрестностям, они непременно вызывали интерес местных. Местность, где находилась фабрика, была севернее и здесь отчетливее ощущался скорый приход зимы. Леса уже убрались в желто-красные наряды. По утрам лужи и мелкие озера, коих было немало в окрестностях покрывались льдом. Невидимые вечером вершины далеких гор, на закате, вдруг проступали на горизонте горящими пиками отраженного на снегу закатного солнца.

— А мне здесь очень нравится. Здесь как-то умиротвореннее, что ли? — Заметила Джулия. — В столице шум, пыль, ругань на улицах.

— И я заметил. Я даже размечтался плюнуть на все и поселиться здесь. Нарожать детей, ходить с ними зимой на лед озера, а потом приходить и греться у камина. А ты в это время будешь нам вязать шарфы, носки и свитера.

— Ого, вы кататься, а я вязать. Нет, так мы не договаривались. Может быть, лет через тридцать, когда тяга к приключениям угаснет в нас навсегда.

— С тобой, она никогда не угаснет. — Себастиен повалил Джулию на кровать.

Испытания шара проводили ночью, вдали от людей. Специально для него была придумана керосиновая горелка. Чтобы керосин горел под давлением, пришлось сделать ручной нагнетатель. Необходимо было выяснить сколько человек поднимет шар, и что можно будет взять с собой в дорогу.

На испытаниях присутствовал Орлик, Себастиен, почтальон Радован, шериф Рамирес и мастер, который сделал керосиновую горелку.

— Следите за тем, чтобы керосин не потек, пока вы будете разжигать горелку. — Предупредил мастер.

Шар был разложен на земле, корзина лежала на боку, глядя своей горелкой в натянутое на обруч основание шара. Мастер сделал несколько качков, проверил состояние сопла и чиркнул спичкой. Пламя поднес к соплу и открыл вентиль. Тугая струя огня устремилась в сторону сложенной ткани шара. Ткань зашевелилась, заходила волнами. На глазах она надувалась и отрывалась от земли. Минут через пятнадцать огромный шар, светящийся изнутри полностью оторвался от земли и замер на месте, удерживаемый веревками.

— Проверяем грузоподъемность. — Сказал Орлик и первым забрался в корзину. — Себастиен, Радован, шериф, прошу принять участие в опыте.

Шериф Рамирес, смотревший на происходящее, как на чертовщину, хотел отмахнуться от предложения, но пример остальных заставил его принять предложение.

— Ох, и не знаю Орлик, как бы к этому отнеслась церковь? — Шериф попытался прикрыть страх религией.

— Я думаю, если организовать летающую церковь, то это будет вполне богоугодное дело. — Пошутил Орлик.

Горелка гудела, но шар не отрывался от земли.

— По-моему, уже пора. Воздух сильнее не нагреется. — Орлик открыл калитку и вышел из корзинки. Она пошатнулась и оторвалась от земли, поднялась на метр и медленно села.

— Выходите шериф. С нашей конституцией лучше быть поближе к земле. — Попросил Орлик шерифа, с радостью сошедшего на твердую землю.

Без них шар стал плавно подниматься в небо. Орлик дождался, когда веревки полностью натянуться.

— А теперь тушите горелку, посмотрим, сколько времени сохранится подъемная сила!

Себастиен закрыл вентиль. Пламя потухло. Установилась тишина, нарушаемая трущимися по шару стропами. Вдалеке светились огни Нуева-Кабры, а в остальные стороны была непроглядная тьма, и не было видно где кончается земля, а где начинается небо.