Сэнди Митчелл - За Императора!

Псайкерша внезапно дернулась и отключилась, выпустив пену между стиснутых зубов.

Я запихнул Орелиуса на борт и, будто мешок с картошкой, протянул Рахиль писцу. Он легко поднял ее на борт своими аугметическими руками, и я тоже забрался назад, расположившись рядом с женщиной в черном, в то время как Юрген вернулся на водительское место и завел двигатель.

— Юрген! Убираемся отсюда! — проорал я, хотя он уже вдавил педаль газа до упора.

— С удовольствием, комиссар.

«Саламандра» прыгнула вперед, проскакала по горящим обломкам и высекла фонтан искр, шарахнувшись о дверной проем. Когда мы выбрались наружу, дышать стало легче, хотя краска на бортах нашей машины вся шла пузырями. Я облегченно выдохнул и, хотя меня била нервная дрожь, постарался охватить сознанием то, насколько рискованную вещь только что проделал. В качестве последнего штриха, призванного подчеркнуть, насколько близко мы были к гибели, позади нас обрушилось здание.

Ну что ж, какой смысл дразнить смерть деянием безумной храбрости, если некому воздать тебе хвалы. Я связался по воксу с Крассом.

— Сержант, — передал я, — инквизитор в безопасности.

— Именно так.

Женщина в черном отбросила капюшон, открыв лицо, которое я не раз вспоминал за последние дни. Ее светлые волосы и синие глаза были даже прекраснее, чем я их помнил, а в голосе, исполнявшем сентиментальные песни, чуть прибавилось хрипотцы, которая заставляла мое сердце пропускать удары.

Эмберли Вейл смотрела, как я сижу с отвисшей челюстью, и, я так понял, это здорово забавляло ее, а я углядел на ее запястье на мгновение приоткрывшееся инквизиторское электроклеймо.

— Благодарю вас, комиссар.

Ее слова сопровождала приятная, милая улыбка.

В очередной раз мне кажется разумным ввести в повествование материал из других источников, потому как кампания вальхалльцев против отступников-ксенофилов имела некоторые неожиданные повороты. Каин, как и следовало ожидать, не много говорит об этом, так как его внимание отвлекали иные события.

Первый отрывок взят из доклада Рупута Броклау (593.931М41), вскоре после благополучного завершения боевых действий.

«После артподготовки оба взвода высадились с «Химер», которые затем были распределены по периметру занятой мятежниками зоны в соответствии с ранее определенной диспозицией. Третьему взводу оказывал поддержку Первый отряд «Стражей» на левом фланге, а Пятому взводу Второй отряд «Стражей» на правом фланге, в то время как их Третий отряд оставался при командовании батальона в качестве мобильного резерва. Как и ожидалось, сопротивление противника было незначительным, и Пятый взвод свернул свой фланг без особых затруднении, если не считать нескольких перестрелок с окопавшимся врагом. Лейтенант Фарил запросил поддержку «Стражей», для чего потребовалось направить командный отряд. Оснащенный огнеметом «Страж» в каждой группе без труда зачищал окопы, в то время как двое прикрывали его на подходе, подавляя врага огнем своих мультилазеров.

На левом фланге операция проходила не столь гладко. Четвертый отряд Третьего взвода, попав под перекрестный огонь, был вынужден залечь на месте. Оснащенный огнеметом «Страж», посланный им в поддержку, был выведен из строя бронебойной крак-гранатой. Это безвыходное положение разрешила лейтенант Сулла, подняв свой отряд в атаку на фланг противника, в то время как Второй отряд под командованием сержанта Лустига зашел с другой стороны. Благодаря удаче либо мастерству, оба сумели выйти на цели практически одновременно, позволив приблизиться оставшимся «Стражам», а четвертому отряду — двинуться вперед.

Я до сих пор затрудняюсь дать оценку действиям лейтенанта Суллы — было то героизмом или безрассудством, — но они были определенно эффективны».

И отрывок из «Как Феникс из пламени: основание Пятьсот девяносто седьмого», автор - генерал Дженит Сулла (в отставке), 097М42.

«Несмотря на уверения комиссара Каина, что сопротивление врага ожидается незначительным (оно действительно оказалось таковым), меня охватило более чем легкое предчувствие беды, когда майор Броклау отдал приказ наступать. Волнение было вызвано не перспективой грядущей битвы (жалкая кучка мятежников, которая нам противостояла, не могла вызвать страх после тиранидов, которых мы победили на Корании лишь несколько месяцев назад), но осознанием того, что я стою перед первой настоящей проверкой моих офицерских способностей. И тот факт, что один из самых досточтимых героев Сегментума оказал мне честь своим доверием, лишь усиливал груз, который, как я чувствовала, я еще не готова нести.