Алексей Евтушенко - Сдвиг

И сам себе ответил: «Здесь – не в кого. Сегодня. А о завтрашнем дне ты не думаешь? Или, к примеру, о том, что сейчас может твориться дома?»

Воображение услужливо нарисовало картинку. Смердящие неубранные трупы на улицах и в квартирах. Толпы слабых, перепуганных, озлобленных, отчаявшихся, готовых на все людей, пытающихся любой ценой вырваться из смертельной ловушки крупных городов. Не надо быть профессиональным спасателем или военным, чтобы понять: в случае подобной катастрофической пандемии именно крупные города в первую очередь вымрут, когда станет окончательно ясно, что болезнь не лечится и остановить ее невозможно.

Даже самыми жестокими и беспощадными мерами.

Я невольно вспомнил находку в поле, перед блокпостом, в свой первый день пребывания в этом таком с виду родном, а на самом деле чужом и жутком мире и потряс головой, прогоняя видение. Не приведи Господь.

А ведь приведет, подумал я. Глупо надеяться на иное. Собственно, с какой стати? Если Бог допустил гибель миллиардов здесь, то почему должен остановить ее же там? Нет, о Боге и его возможном замысле вообще не надо. Иначе очень быстро придешь к выводу, что Конец света, в своем библейском значении, уже начался. А раз так, то любое сопротивление бесполезно. Молись и готовься к переходу в мир иной. Нет уж, фигушки, мне еще побарахтаться охота. И пусть Господь думает об этом что хочет. При всем моем уважении. Значит – что? Значит, автомат очень даже может пригодиться. Хотя, Бог свидетель, я многое бы отдал, чтобы этого не произошло.

Последующие два с половиной часа убедили меня в истинности старого утверждения о том, что мечтать не вредно. Однако, с практической точки зрения, чаще всего, бесполезно. Судя по тому, что я увидел, воинская часть была оставлена организованно, а затем, когда начался всеобщий ад, подвергнута банальному мародерству.

Пустые КХО. Выпотрошенные склады. Развороченные и тоже пустые сейфы. Лишь в караулке, словно в насмешку, обнаружился на полу брошенный кем-то заржавевший магазин от пистолета Макарова. Без патронов. И никаких трупов и скелетов. Что вполне согласовалось с предположением, что часть была оставлена организованно.

Я вышел из здания штаба, где не нашел ничего, кроме нескольких разломанных канцелярских столов, пустых бутылок и прочего мусора, и уж совсем было решил плюнуть на дальнейшие поиски, но тут вспомнил, что не заглядывал в парк боевых машин. Зачем? А на всякий случай. Раз уж начал искать, то надо довести дело до конца. К тому же в бытность мою в рядах вооруженных силпарк всегда был местом для разнообразных нычек, в которых могло храниться все, что угодно, – от банальной выпивки и консервов до, чего уж греха таить, краденного казенного имущества и легких наркотиков.

Целехонький, в смазке, автомат «АКС-74» с откидным прикладом, четыре пустых магазина в штатном подсумке и шесть стандартных пачек патронов (по тридцать штук в пачке), замотанных в два полиэтиленовых пакета, я нашел, когда совсем уж было потерял надежду. Так бывает в карточной игре или рулетке. Проигрываешь раз за разом, тебе уже скучно, грустно и тоскливо, и ты проклинаешь ту минуту, когда решился на этот идиотский шаг – сесть играть на деньги, как вдруг одна-единственная ставка на «зеро» или пришедшие с прикупом в покере два короля к уже имеющимся двум на руках приносят долгожданную удачу. И сразу жить становится веселее.

Находка лежала в топливном баке, расположенном под сиденьем в десантном отделении старенького трудяги-бронетранспортера МТ-ЛБ по кличке «мотолыга», единственной машины, которую я обнаружил в боксах парка. Довольно странное место для тайника, как по мне, но мало ли, какие у людей предпочтения. Мне честь и хвала, что зачем-то я это сиденье поднял, хотя и помнил, что под ним всего лишь топливный бак. А там – опа! – бак-то бак, но с большой вырезанной дыркой сверху, прикрытой каким-то ветхим тряпьем. Тряпье скинул, посветил в дырку фонариком и увидел то, что хотел. Как в детстве желанный и долгожданный подарок под новогодней елкой.

Достал, разобрал, вытер от лишней смазки, собрал – вроде все нормально. Набил магазин, вставил на место, вышел под открытое небо. Передернул затвор, перевел флажок предохранителя на одиночные, поднял ствол в облака… И опустил его. Ага. Я сейчас произведу выстрел, его услышат на «Секрете» и что подумают? Кинутся еще проверять, что тут со мной произошло. Оно мне надо? Пока не надо. Позже проверю.

Арг-кхин появился, когда я, сидя за рулем машины, набивал патронами оставшиеся магазины. Давненько этим не занимался, но пальцы все сами вспомнили. Наше тело вообще помнит гораздо больше, чем нам кажется. Надо только ему не мешать.