Дженнифер Уэллс - Цель

Они медленно пробирались между трупами непатроксов, держа наготове оружие. Алан держался позади, чтобы остальные не видели, что ему все труднее наступать на раненую ногу.

Когда они поравнялись с местом, где недавно лежала Джейн, у Алана дыхание перехватило. Да, она потеряла очень много крови. На полу темнела большая лужа, а поблизости еще одна, а между ними – широкий мазок. Джейн ползла вперед, пытаясь спастись.

Он подвел ее. Все они ее подвели.

Аджайя остановилась и осмотрела место происшествия. Потом обошла лужи крови по кругу. Холодным, профессиональным голосом она проговорила:

– Выглядит всегда страшнее, чем есть на самом деле. Жидкость в разлитом состоянии кажется больше по объему, Алан.

Он кивнул и отвернулся. Невыносимо было смотреть в сочувствующие глаза Аджайи.

Как только они миновали лужи крови, обстановка изменилась очень резко. Коридор вблизи от кабины межпалубного лифта был просто-таки девственно-чист – как будто совсем рядом, буквально в нескольких метрах отсюда только что не кипела кровавая битва. Если не оборачиваться – можно было бы подумать, что все это приснилось.

Липкая куколка на полу перед входом в кабину так и лежала. В какой-то момент из нее вылупился непатрокс. Внутри кабины валялось несколько трупов тварей, размозженных, по всей видимости, ботинками Комптона.

Все вошли в кабину. Берген прижался к стенке, радуясь тому, что появилась возможность дать отдых одеревеневшей ноге.

Уолш с крайним недовольством вопросил:

– Откуда начнем?

– Давайте представим себе самый лучший сценарий.

Аджайя подошла и выбрала на панели значок палубы, где находился медицинский отсек. Ничего не произошло. Она снова нажала клавишу. Дверь не закрылась. Кабина не сдвинулась с места.

Алан отодвинул Аджайю в сторону, сам нажал клавишу – без толку. Попробовал понажимать другие клавиши. Все сразу. Поколотил по ним кулаками.

Они застряли здесь.

Берген вышел из кабины и начал ходить туда и сюда перед кабиной, ругаясь на чем свет стоит. Остальные молча смотрели на него. В итоге Берген обессилел и уселся на пол у стены. Остальные молча сели рядом с ним и тоскливо перекусили скудной едой, которую запили водой.

Не говоря ни слова, Аджайя ловко закатала штанину на раненой ноге Бергена до колена, осмотрела рану, наложила на нее мазь и забинтовала. Берген понимал, что должен бы поблагодарить Аджайю, но сил у него хватило только кивнуть. Он тут же принялся гадать, где может находиться ближайший межпалубный лифт – с инженерной точки зрения.

Уолш смотрел только на свою еду. Он произнес скованно и холодно:

– Этот мерзавец выводит нас из игры, Берг. Думаю, тебе лучше с этим смириться. Он не желает, чтобы мы ее разыскивали.

– Лифт мог просто-напросто сломаться, – тихо проговорил Берген, сжимая и разжимая кулаки.

– Странноватое совпадение, тебе не кажется?

– Нет, если внутри кабины стреляли.

– Мы ничего такого не заметили.

Берген встал и запрыгал на одной ноге.

– Она – одна из нас.

Аджайя тоже поднялась и взяла его за руку, чтобы поддержать.

– Нам нужно это обсудить, Алан. Ты должен сохранять спокойствие.

Уолш оставался непреклонен:

– Это не кино, Берг. Мы теряем людей. Так бывает. И все мы это знали, давая согласие на участие в экспедиции. Мы все понимали, что, возможно, не вернемся домой.

– Ты слишком быстро списываешь ее со счетов. Наверняка где-то должны быть скоб-трапы. Я их найду.

Уолш прижался спиной к стене и поморщился.

– На это может уйти не один день. А ей долго не протянуть.

Аджайя крепче сжала руку Алана.

Берген почти прорычал:

– Ты этого не знаешь наверняка. А мне может повезти.

Уолш вздернул брови и вяло махнул рукой.

– У нас патроны кончаются. А если тут еще есть эти твари?

– А если я тебе сейчас врежу хорошенько?

Вряд ли он мог это сделать, конечно…

Аджайя с силой сжала его руку и заставила отойти с ней в сторону. Берген привалился плечом к стене. Краешки его ноздрей пылали. Он пыхтел, как паровоз, у которого того и гляди взорвется котел.

Аджайя терпеливо ждала, и наконец Берген повернулся к ней и поднял свободную руку вверх.

– Я не уйду отсюда, пока не узнаю, что она… Вы идите, если должны. А я не брошу ее здесь… Не оставлю одну.

Аджайя медленно кивнула.

– Ты веришь, что я рассужу об этом справедливо, Алан?

Аджайя? Справедливо?

– Да, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

Он понятия не имел, давно ли произошел этот разговор. Время словно бы тянулось бесконечно, и у него не было никакого способа его измерять. Товарищи согласились ждать его три дня, пока он будет искать выход с этой палубы. Эти три дня давно истекли.