Он услышал чей-то вздох. Вандерхоф.
Стало очень тихо. Четыре легких щелчка при введении в Машину хода прозвучали оглушительной барабанной дробью.
В ушах Грабо звенело. Он в ужасе взглянул на доску.
Машина мигнула раз, потом другой и, хотя прошло всего-то около двадцати секунд ее времени, походила ладьей.
Серое табло над электронной доской вспыхнуло большими красными буквами:
ШАХ! И MAT В ТРИ ХОДА
На самом верху зрительской трибуны Дэйв сжал локоть Сандры:
— И все же так оно и вышло! Он позволил ей провернуть аферу.
— Ты хочешь сказать, что Машина победила Грабо? — спросила Сандра.
— А что же еще?
— Ты в этом абсолютно уверен? Другого быть не может?
— Конеч… Подождите секунду… Да, я уверен.
— Старый идиот получит мат в три хода, — подтвердил Билл.
— Бедный балбесик, — вздохнула Джуди.
Внизу сгорбленный, с совершенно потерянным видом стоял Бела Грабо. К нему быстро направился помощник директора. Но венгр, выпрямившись, тихо произнес:
— Я сдаюсь.
Красные буквы над доской исчезли и почти сразу же появились белые:
БЛАГОДАРЮ ЗА ХОРОШУЮ ИГРУ
И после всего на несколько секунд и тоже белыми буквами:
ВАМ ПРОСТО НЕ ПОВЕЗЛО
У Белы Грабо сжались кулаки, он скрипнул зубами. Даже Машина жалеет его!
Едва передвигая несгибающиеся в коленях ноги, он пересек зал. Он шел долго, очень долго.
Контрольное время приближалось. Серек, потеряв больше фигур, чем его соперник, но со значительным запасом времени, записал свой сорок шестой ход в партии с Шеревским и вручил запечатанный конверт Вандерхофу. Его вскроют завтра утром, когда игра возобновится. Д-р Кракатовер, внимательно изучив позицию на доске, тихо опрокинул своего короля.
Яндорф несколькими минутами раньше сдался Вотбиннику.
Энглер записал свой ход и с хитрой улыбкой передал конверт Вандерхофу. В тот же миг красный флажок на его часах упал, сигнализируя, что он использовал все отпущенное ему время.
В верхнем ярусе Сандра повела плечами, чтобы размять онемевшие мышцы.
— Шахматы — игра довольно напряженная, — обратилась она к Дэйву.
Он кивнул:
— Эта игра — настоящий убийца. Лично я не рассчитываю прожить больше сорока.
— Тридцати, — сказал Билл.
— Двадцать пять — для метеора вполне достаточно, — добавила Джуди.
"Непобедимое Поколение, — подумала Сандра.
На следующий день с Машиной играл Шеревский. Партия подошла к совершенно спокойному, невыразительному окончанию. Саймон Грейт предложил со стороны Машины ничью (при безрезультатном протесте вмешавшегося Яндорфа, который счел это подсказкой Машине), но Шеревский отверг предложение и записал свой ход.
— Он хочет убедиться, что Машина может играть и шахматные окончания, — прокомментировал происходящее Дэйв. — Я его не виню.
Еще в самом начале игрового дня Сандра заметила, что Билл и Джуди прослеживают каждую партию по новенькой книге, из-за которой они постоянно ревниво спорили. "Все новое ненадолго", — мысленно произнесла Сандра.
— Это не просто книга, это настоящая Библия, — пояснил ей Дэйв. — "СШД" — Современные Шахматные Дебюты. Здесь собраны лучшие ходы для начала партии, тысячи и тысячи вариантов. Ходы, которые гроссмейстеры считают лучшими. Ходы, которые действительно ведут к победе. Мы тут скинулись и купили последнее, тринадцатое издание, только что из типографии, гордо сообщил он.
Заинтригованные окончанием партии Машина — Шеревский, молодые люди занялись изучением другой книги с обтрепанными, потемневшими от времени краями.
— А это "Новый Завет" — "Основные Шахматные Окончания", произнес Дэйв, заметив интерес Сандры. — Здесь их очень много, и все нужно обязательно знать. Просто удивительно, как Машина умудряется держать это в своей памяти. Ведь когда фигур становится меньше, думать над позицией приходится больше.
Сандра молча согласилась. Все же она хорошая и послушная девочка. У нее уже было интервью с Яндорфом, и сегодня утром она взяла еще одно у Грабо ("Что ощущает человек, "передуманный" машиной"). Думая об этом последнем, Сандра ощутила себя настоящим газетным коршуном, кружащим над своей жертвой. Венгр походил на человека, находящегося в состоянии глубокой суицидальной [2] На грани самоубийства.
депрессии.
Эта статья будет посвящена так называемой "психологической тактике" Машины, заключавшейся в гипнотизировании соперников мигающими огоньками. В целом же пресса уделяла турниру необычайно много внимания. Игра, о которой в Америке раньше сообщали мелким шрифтом на последних страницах субботних газет, сейчас занимала целые подвалы первых полос. Факт поражения человека от машины, казалось, пробудил в людях такое же чувство страха и неуверенности, что и запуск первого искусственного спутника Земли.
Читать дальше