– Надюш, я прошу тебя, пожалуйста, успокойся и дай мне возможность всё тебе объяснить.
Надя молчала и смотрела на него ненавидящими глазами. Тем не менее, по взгляду жены, он понял, что выдержанная им пауза, слегка успокоила её эмоции, и она готова внимательно его слушать. Взвешивая каждое слово, он не торопясь произнёс:
– После ухода Ольги Григорьевны на пенсию, на её место взяли новенькую – Изольду Черных…
– Я это уже слышала, – перебила Надя.
– Пожалуйста, не перебивай меня.
После этих слов он с укором посмотрел на Надю, но она, выдержав взгляд мужа, продолжала сверлить его ненавидящими глазами.
– После её трудоустройства Вадим Михалыч вызвал меня к себе и настоятельно попросил присмотреть за ней, так как человек приехал к нам в город из другой области, и к тому же ранее не работал на промышленном предприятии.
– И ты с радостью согласился, – наморщив нос, сказала Надя.
– Надюш, а что мне оставалось? – виноватым тоном спросил он. – Во-первых, Вадим Михалыч – старший мастер участка, если ты не забыла, и любая его просьба равнозначна приказу. А во-вторых, я как мастер несу персональную ответственность за своих подчинённых. Не дай Бог с этой Изольдой, что-то случится на производстве! Вылечу на улицу, как пробка из под шампанского – это в лучшем случае! В худшем – тюрьма!
– Хорошо. Допустим, – сказала холодно Надя. – Что вы делали на проспекте Строителей, да ещё в выходной день?
– Всё просто! – улыбнулся он. – Мне в тот день позвонил Вадим Михалыч и попросил приехать на работу. Нужно было зайти в бухгалтерию и уладить кое-какие рабочие моменты.
– Да. Я помню.
– Вот! Уладив дела в бухгалтерии, я попутно зашёл в отдел кадров и встретил там Изольду, она подписывала какие-то документы. Я предложил ей подвезти её до дома, она согласилась. Изольда как раз снимает квартиру, в том районе, где ты нас видела.
– Но я вас видела не один раз! – сказала Надя.
– А я и не говорил, что подвозил её один раз, – парировал он. – Ты же про выходной спросила.
Надя насупилась и молчала.
– Я же неоднократно тебе говорил, – продолжил он, – что частенько приходится задерживаться на работе, поэтому те, у кого нет личного автомобиля, опаздывают на общественный транспорт. Нужно идти людям на встречу – развозить их по домам. К тому же я еду домой по проспекту Строителей.
Он замолчал и внимательно посмотрел на Надю.
– А семья у этой Изольды есть? – спросила Надя.
– Я точно знаю, что она живёт одна. А вот была ли у неё семья, я не знаю? – ответил он. – Она скрытная и особо ни с кем не общается.
– Слава, я хочу, чтобы эта Изольда больше не ездила в нашей машине! – строго сказала Надя.
– Хорошо, Надюш. Я тебя услышал, – сказал он с улыбкой.
Надя расцепила скрещенные на груди руки, и упёрлась ими в подоконник. По данному жесту жены он понял, что отбил атаку и теперь самое время перейти в решающее наступление. Он встал из-за стола, подошёл к жене и, обняв, поцеловал в голову. Надя не сопротивлялась, и он окончательно убедился в том, что жена успокоилась.
– Надюш, объясни мне, пожалуйста, что сейчас было? – спросил он ласково, не выпуская Надю из объятий.
– Не знаю? – ответила дрожащим голосом Надя и кончиками пальцев провела по уголкам глаз.
Он не хотел, чтобы жена вновь расплакалась, поэтому постарался её отвлечь. Взяв за руку Надю, он сел на стул и усадил её на коленки. При этом он приподнял носки, чтобы Надя не касалась ногами пола, создавая тем самым у неё ощущения доверия и детского простодушия. Слегка покачивая жену на ногах, он нежно сказал:
– Надюш, я вас очень сильно люблю. Тебя. Алинку. Русю. – после этих слов он взял руку жены и поцеловал. – Ну, какая ещё любовница? А?
Надя улыбнулась сквозь слёзы и тихо обиженным голосом сказала:
– Слава, ты последнее время грубый, резкий, раздражительный… уходишь ни свет, ни заря… возвращаешься поздно… часто, куда-то ездишь по выходным… Что я ещё могла подумать?
– Надюш, прости меня, пожалуйста. Ты же знаешь, что это всё из-за работы. Чтобы продвигаться по карьерной лестнице и получать хорошую зарплату, нужно крутиться, как белка в колесе, – сказал он виновато. – Сейчас немного разгребусь на работе с насущными делами и сразу же встану на путь исправления. Обещаю!
– А ещё, – прошептала Надя, – мне кажется, что ты потерял ко мне интерес… как к женщине…
Он понял, что выиграл конфликт, так как последняя фраза жены была произнесена в большинстве своём от обиды, и не являлась серьёзным утверждением, имеющим под собой какие-то доказательства. Надя осознала несостоятельность своих суждений и почувствовала вину перед мужем, но её женское самолюбие было задето, поэтому она защитилась стандартным для женского пола способом.
Читать дальше