Пока он разворачивался в сторону выхода из спальни, мысли о каше мелькнули в его голове за долю секунды, но этого хватило, чтобы железы выделили в ротовую полость обилие слюны, а желудок грозно заурчал, требуя кинуть в него, что-нибудь съестное. Со ртом полным голодной слюны, и прилипшем к позвоночнику желудком, он выскочил из спальни и по коридору устремился в сторону кухни.
Пробегая мимо детской комнаты, он машинально отметил, что дверь в комнату открыта, а внутри светло и чисто. Появилось огромное желание заглянуть в детскую, чтобы проверить есть ли в ней дети, но оно моментально было подавлено чувством любопытства, так как он отчётливо слышал, что на кухне кто-то есть. К тому же, дурманящий аромат овсяной каши, пробудил в нём первобытное чувство сильнейшего голода, во сто крат усиленное любопытством. Он как дикий голодный зверь шёл на запах и шум.
Добежав до кухни, он остановился у входа, как вкопанный. Перед ним стояла его жена. Он не мог вымолвить ни единого слова, и стоя в дверном проёме, смотрел на неё так, как будто впервые в своей жизни увидел её.
– Надя?! Наденька! – единственное, что он смог выдавить из себя, так как подступивший к горлу ком, и появившиеся в уголках глаз слёзы, мешали ему нормально дышать, не то чтобы говорить.
После произнесённых слов, у него закружилась голова, ноги стали ватными, и чтобы не упасть, одной рукой он упёрся о дверной косяк, а другой вытер, выступивший слёзы. После первых секунд сильного эмоционального потрясения он, наконец, взял себя в руки и, сделав глубокий вдох, посмотрел на жену.
– Прости меня, Наденька! – сказал он.
– О чём ты говоришь, Слава?! – спросила Надя, перестав помешивать кашу, и смотрела на мужа удивлёнными глазами.
Он проигнорировал вопрос, подошёл к ней и крепко её обнял. Прижав Надю к себе, он зарылся лицом в каштановую копну её волос, вдыхая их дурманящий, и такой родной запах. Руки машинально проникли под майку, ощутив нежность и тепло её кожи. Он уже не мог сдерживать слёз. В очередной раз, проглотив ком в горле, он поцеловал Надю в голову и сказал:
– Пожалуйста, Наденька, прости меня!
– Да что случилось, Слава?! – в недоумении спросила Надя. – За что ты просишь прощение?
Он вновь проигнорировал вопрос. Осторожно взял её лицо руками, убрал с него прядь волос и стал покрывать его многочисленными поцелуями. Сперва, он целовал её глаза очень нежно и аккуратно, затем распаляясь, перешёл к щекам и уголкам губ. Он почувствовал солёный привкус на губах. Медленно отстранил её лицо и увидел, как в огромных карих глазах, слёзы прорвав бездонные озера, ручьями стекают, по её раскрасневшимся от его поцелуев щекам.
– За что ты просишь прощение, Слава? – дрожащим голосом произнесла Надя.
– Я тебя очень сильно люблю, Надя!
После этих слов он нежно вытер подушечками больших пальцев слёзы на её щеках и поцеловал в губы.
Поцелуй из нежного стремительно перерос в страстный, пробудив в нём сильное желание. Он обхватил талию жены руками и прижал к себе. Возбуждение в нём нарастало с каждой секундой всё сильнее, поэтому он не заметил, как руки сползли ниже талии и, обхватив ягодицы Нади, сильно прижали низ её живота к его телу.
Он почувствовал, как его возбуждение передалось жене. Надя выронила из рук ложку, которой мешала кашу и обвила, словно виноградная лоза тонкими руками его шею, запустив пальцы в волосы на затылке.
Ощутив во рту вкус её языка, он почувствовал, как дрожь пробежала по всему телу. Сердце застучало сильнее, отдавая каждым ударом в виски, и погнало кровь к его чреслам. Дыхание сразу же участилось, а в паху приятно заныло.
Более он не мог ждать, потому что страсть рвалась наружу, а возбуждение достигло своего предела. Сильное желание овладеть телом жены, удовлетворив животный инстинкт насыщения плоти, напрочь отбило его способность к мышлению. В данную минуту он не задавался вопросом, как его жена оказалась в их квартире после двухлетней разлуки. Схватив Надю на руки, он в считанные секунды преодолел коридор, разделяющий кухню со спальней, и уложил жену, в ещё не остывшую после ночного сна кровать.
После акта любви, во время которого из него, как из переполненного сосуда, выплеснулась вся страсть, накопившаяся, за более чем двухлетнюю разлуку с любимым человеком Надя задремала. К нему сон не шёл. Он лежал, обняв жену, и поглаживал её голову, которая покоилась на его груди. Периодически целовал в лоб, вдыхая запах её волос.
Читать дальше