Дэн Эбнет - Молоты Ульрика

Голова Круцы плыла от того количества славного крепкого бренди, которое он в себя влил за вечер, но он ни секунды не сомневался, что слушал всего лишь сказку, в крайнем случае, с несколькими словами правды. Ему это было безразлично. Он хотел, чтобы парень расслабился и поверил ему.

Круца ушел поздно. Памятуя о том, что ему надо выполнить норму, он стянул маленькое позолоченное зеркальце, спрятав его под куртку.

- Да ладно, - сказал Дохляк, заметив кражу, - бери. Ты берешь ее у вора, значит, это ничья вещь. Забирай.

Круца почувствовал вину в первый раз с тех пор, как был ребенком.

- Эй, а как тебя зовут? - спросил он.

- А, нет у меня имени, - добродушно ответил парень, - я ведь незаконнорожденный и все такое. И мама не прожила достаточно долго, чтобы дать мне имя. Когда я стал достаточно взрослым, и возникла нужда в имени, тетка стала звать меня Дохляком. Можешь звать меня так.

- Лады. Мое имя Круца.

- Забавно. Я думал, тебя будут звать Сопляк. - Он рассмеялся грубой шутке. - Нет, ты слышал? Дохляк и Сопляк! Вот умора!

Круца моргнул, выдавил улыбку, бросил: "Увидимся" и ушел.

Самородок, вот кто этот парень. У него дар в пальцах, в походке, в полнейшей безвестности. Это редкость. В Мидденхейме было полным-полно воров, среди них много хороших (в том числе и Круца), но прирожденных воров была всего горстка. Если парень подтвердит, что он на самом деле тот, за кого его принял Круца, тогда священной обязанностью для Круцы станет завербовать малого к Королю Дна.

"А может, я приберегу его для себя, - думал Круца. Эта мысль прочно засела в его уме. - Как тогда легко было бы выполнить норму, скинуть Короля со своей шеи, начать работать серьезно, по своему усмотрению".

Но завербовать парня в любом случае представлялось задачей не из легких. У него в голове оказался целый свод совершенно безумных правил и понятий о том, у кого и что можно воровать. Он не видел смысла в краже ради перепродажи добычи по меньшей цене. Он воровал, чтобы жить.

Но он был хорош, и Круце невыносимо больно было видеть пропадающим впустую такой талант.

Он выждал два дня, а на следующее утро притаился в сонной аллее рядом с домом, где жил Дохляк, и дождался момента, когда парень выбрался из своих развалин. Круца вышел из тени, делая вид, что не меньше Дохляка удивлен якобы случайной встрече.

- А, снова ты, - сказал Круца.

Лицо парня осветилось радостью. "Он так не привык к тому, что с ним заговаривают", - подумал Круца с сочувствием. С каплей сочувствия, не более; в сердце Круцы не было много места для чего-то, не связанного с делом.

- Куда собрался?

- На работу, - сказал Круца, шмыгнув носом. День снова выдался холодный и пасмурный.

- Меня возьмешь? - спросил Дохляк.

Вот так начинаются игры. Все просто.

Они вдвоем спустились к Большому Парку. Круца горбился от холода и жался под навесы, спасаясь от ветра и Дождя. Дохляк павлином шел по парку, выставив хилую грудь колесом и глубоко дыша холодным сырым воздухом. Казалось, здесь он как рыба в воде. Круца подвел его к прилавку, заваленному всякой мелочевкой для работ по дому, и они начали наблюдать за одной дамой, которая в сопровождении лакея разглядывала штуки сукна в соседней лавке. Круца чуть не задохнулся, увидев, как Дохляк подцепил связку лучины и полдюжины сальных свечей с прилавка и сунул их к себе в куртку. Но никто больше этого не заметил.

"Самородок, слава Ульрику". Круца улыбнулся. Он кивнул своему наглому спутнику.

- На что спорим, что ты не сможешь вытащить кошелек у мадам?

- У которой? - спросил Дохляк, оглядываясь по сторонам.

- Вон у той, - ответил Круца, - с надутым лакеем в коротком сером плаще.

- Не вопрос, - улыбка перекосила лицо Дохляка и он пошел на дело. Он легким шагом миновал богатую даму и стянул кошелек, даже не дотронувшись до нее. Круца стоял всего в нескольких футах от них, восхищенный скоростью и мастерством, с которыми Дохляк проделал задуманное. Он уже приготовился выступить вперед и внести в обстановку чуточку смятения, чтобы прикрыть Дохляка, если его поймают. Это казалось неизбежным, учитывая стоящего на страже лакея.

Но ничего не произошло. Дохляк обошел вокруг соседней лавки и встал за Круцей.

- Славно, славно… - урчал довольный Круца, пока они отходили от места событий. - Где он?

- Где кто? - вопросом на вопрос ответил Дохляк. А глаза такие честные-честные…

- Кошелек, болван, - спокойно сказал Круца. - Сколько в нем было?

- Понятия не имею, но он был достаточно тяжелый. Сам смотри, если тебе так интересно. Он у тебя в кармане камзола.