Борис Штерн - Ковчег 47 Либра

— Доброе утро, — слава богу, не ошибся, как вчера в Дублине, сказав «добрый вечер» в 8 утра.

— Расскажите слушателям, какова главная цель вашего приезда в наши далекие края?

— Вербовка молодежи. Вот прямо сейчас за завтраком и начну.

— Что значит вербовка? Кого вы считаете завербованным?

— Завербовать — значит заинтересовать, зажечь. Я рассказываю о всяких интересных вещах: откуда взялась Вселенная, о квазарах, о планетах и звездах, о жизни во Вселенной, ну и о Ковчеге, конечно. Те, у кого на лице при этом появляется осмысленное выражение, тем более те, у кого загораются глаза, и тем более те, кто задал вопрос — завербованы! У людей в мозгу включается нечто… — Роланд сделал круговое движение рукой вокруг виска. — Он сделал усилие и понял что-то новое! Это сильное ощущение — его из человека уже не вытравишь. Даже если он не столь молод и уже определился с родом занятий — у него есть или будут дети. А эта зараза часто передается по наследству!

— Много людей удается зажечь за один визит?

— Никто не считал, думаю, что не очень много. Но даже если мои выступления в вашем городе повлияют на судьбу одного-двух человек, если хоть один в результате станет хорошим ученым или талантливым преподавателем — то поездка уже многократно окупится.

Круглый стол в каком-то бизнес-центре в даунтауне. Запись для местной студии WWV. Пятеро участников, самый колоритный — очень большой в диаметре обаятельный священник. Причем, в рясе, с крестом на груди — никак православный? Откуда он здесь взялся? Предмет спора — будущее в представлении современников. Что там видится: гомеостаз или новая научно-техническая революция? Обустройство или экспансия, уютный очаг или межзвездный Ковчег? Или нас ждет мрак, где ни того ни другого. Кстати, почему в мировой литературе уже давно нет утопий — одни антиутопии?

— Да потому, что сама идея рая, что на Земле, что на небесах фальшива в самой своей основе! — выпалил Роланд (священник напрягся). — Что делать человеку в раю? Халяву сосать? Не надоест? Извините за резкость, но человек — существо, во-первых, непослушное, во-вторых — портится от бездействия. Да он камня на камне не оставит от любого статичного рая и правильно сделает. У него же цели там не будет!

— Понимаете, — ответил священник, — это вам все глобальную цель подавай. Это разновидность гордыни. А христианская доктрина гуманистична, она отрицает гордыню и держится на любви и сострадании.

— А что говорит христианская доктрина насчет развития человеческого рода? Ведь современный мир, какой он ни есть, сделан отнюдь не христианскими праведниками. Наоборот, людьми, в которых подавлена такая добродетель, как смирение и развит грех еретической гордыни. Без них жили бы в палеолите.

— Если вы имеете в виду науку, то христианство признает ее роль.

— Да, задним числом и со скрипом. А за что Бог выгнал из рая Адама с Евой? Как он отреагировал на строительство Вавилонской башни? Не очень-то он доброжелателен к любознательным людям и к созидателям. А уж как бы такой Бог отреагировал на наш Ковчег, представить страшно!

— Бог милосерден, он бы простил вас.

— А потом бы расправился с нами на страшном суде как с неверующими!

— Апокалипсис важен не описанием ужасов — это не более чем метафора. Страшный суд — это суд совести. Главный смысл Второго Пришествия — установление иной, просветленной жизни. При этом у людей возникнет совершенно новый опыт, пробуждающий лучшие стороны человеческой природы. Человек станет другим.

— Но это все в истории уже звучало. Напомнить про ХХ век — строительство коммунизма, грандиозный эксперимент по созданию нового человека и тому подобное? Опять уповаем на нового человека, ваша версия которого мне не очень нравится, если честно. Вы хотите, чтобы он был склонным к послушанию, без грехов, с простыми добродетелями, но и без божьей искры. Так, слегка кастрирован.

Ведущий, видимо, решил, что надо срочно перевести разговор в другое русло, и дал слово молчащему до тех пор участнику, имени и профессии которого Роланд не запомнил.

— Но ведь есть же и позитивные тенденции! Людям очень нужен позитив. Надо за него бороться! Вот мы создали литературный клуб, выпускаем альманах, проводим вечера. Мы пытаемся делать мир лучше, миру необходим позитив.

Следующий участник говорил про то, как ему помогает в жизни вера в бессмертие души. Роланд слегка приуныл. Причем тут будущее? Или он физически не способен думать о будущем, в котором его нет? Слово снова дано священнику. Говорит, что самое важное, что прозвучало в дискуссии, это «позитив», а по части позитива они со своей духовной компанией впереди всех. Роланда немного передернуло. Почему его так корежит при слове «позитив»? Видимо, потому что слово пропитали липкой благообразной ложью и изваляли в трухе.