Тима Феев - Йонтра

Тут уж и сам не на шутку испугавшись, я стал сканировать близлежащие окрестности, но ничего особенного не нашел. Потом перенаправил зеркало на совсем уже заиндевевший звездолет, тоже безрезультатно. Потом связался с Университетом и передал, чтобы спасательная экспедиция поспешила, и что со снуррами случилась какая-то беда, после чего снова перевел фокус зеркала на контейнер.

Снурры к тому времени уже немного пришли в себя и стали осторожно выглядывать наружу. К счастью, у них был небольшой запас дров на сегодня и им не нужно было идти в лес, да они и не решились бы, наверное. Постоянно переговариваясь и озираясь по сторонам, они уже не отходили друг от друга. При этом, чего уж я никак не мог тогда понять, не выпускали лепешек из своих лап. Так прошел тот напряженный день и наступил вечер. Снурры с его приходом вновь перебрались на то самое место, где я их застал этим утром, — то есть, поближе к середине контейнера и вплотную к тюкам с мантрами. Я же решил во что бы то ни стало провести эту ночь «вместе» с ними. И даже если и не имея возможности помочь им непосредственно, то хотя бы лишь для того, чтобы выяснить, что же там такое все же произошло. О звездолете Северной федерации я тоже тогда подумал. Кто знает, может исчезновение его экипажа и проблемы бедных снурров были как-то между собой связаны.

И вот пришла ночь, темная и тихая. Такие бывают, наверное, только на таких вот пустынных, необитаемых планетах, где могут пройти месяцы, если не годы, прежде чем природа издаст хоть какой-нибудь звук. Звук, звук, я очнулся от дремы. Послышалось тихое шипение, потом возникла чья-то тень. Вдруг, — дикий визг снурров, лепешки в лапах, взмахи, взмахи, опять крик. Что-то уже совсем черное перед моим зеркалом и тут, как удар по глазам, — Скит Йонтра сел. Потом, с почти виноватой улыбкой снова посмотрел на аудиторию и, помолчав еще немного, продолжил. — Вот знаете, уважаемые, ведь я тогда даже и не увидел ничего особенного. Существо это, ну да, — некий бесформенный сгусток абсолютно черного тумана с дюжиной белесых просветов вместо глаз. Что ж с того? Мне в своей жизни приходилось видеть и куда более неприятные вещи. Но тогда, в тот злополучный момент, весь ужас состоял в том, что я с абсолютной уверенностью, практически кожей почувствовал, что существо это меня видело, чего быть, конечно, никак не могло.

Взгляд его, который поначалу буквально «врезался» в мой, поведение, выражение, если так можно выразиться, его лица, — все это не оставляло ни малейших сомнений в том, что оно смотрело на меня, разглядывало, изучало. Но это не был простой взгляд любопытствующего перед чем-то неизвестным, это был взгляд плотоядного хищника, изучающего свою потенциальную жертву. Сам же в тот момент, я отчего-то замер подобно каменному изваянию и не мог пошевелиться. Существо, по всей видимости, обладало гипнотическими способностями и буквально вцепилось в мой мозг своей злобной ментальной хваткой. Поэтому даже и не знаю, чем бы все это тогда закончилось, если бы не сами снурры. Кто-то из них, но по-моему именно «номер два», который, впрочем, так же как и «номер один», все еще продолжал дико визжать и размахивать мантрами во все стороны, вдруг, и на удивление точно попал лепешкой по этому существу. Отчего оно, как от удара током, все передернулось сначала, зашипело, а потом очень медленно и явно нехотя отвело взгляд прочь от меня и в сторону от зеркала. Воспользовавшись моментом и сам уже еле сдерживая подкатывавшие к горлу приступы паники, я буквально ринулся вон из дома. Выскочил во двор, запрыгнул во флаер, взлетел и на полном ходу понесся к городу. И только там, среди уходивших в небо разноцветных нефритовых зданий и фосфоресцирующего дорожного покрытия, которое прекрасно освещало все вокруг, я немного успокоился и начал думать.

Существо в зеркале все еще стояло перед моими глазами — холодное, жестокое, злое. Словно сотканное из абсолютно черного тумана, оно все еще отчасти затуманивало мое сознание, мешая все в подробностях вспомнить и проанализировать. Но вот в чем я был тогда полностью уверен, так это в том, что никогда прежде мне не доводилось видеть ничего подобного. И знаете, в тот момент даже у меня, несмотря на все мое научное мировоззрение, возникло чувство, что оно было не из нашего мира. Потому что таким тварям нет места в той Вселенной, которую я знал и несмотря на все ее опасности, любил.

Провисев так в воздухе с четверть часа, я, вспоминая свое армейское прошлое и храбрясь как только мог, повернул наконец флаер назад к дому. «Как там мои снурры? — вздыхал я, — бедные, они, конечно же, погибли. Эта тварь поймала их и уничтожила, а, возможно, и еще что похуже». Добравшись до той комнаты, откуда так спешно бежал, я остановился и еще какое-то время просто стоял перед запертой дверью, опасаясь войти. Но решился-таки.