Андрэ Нортон - Камень предтеч

Они развязали меня. Я ужасно устал и готов был смириться со своей участью. Но затем вспомнил, что меня не спросили, как и почему я покинул «Вестрис». Значило ли это, что они поверили моей истории о чуме? Судя по всему, они не входили в контакт с кораблём вольных торговцев. По крайней мере, после моего побега. Даже если эти люди и были из тех, кто заплатил за мой перелет с Танфа для своих целей, то последнее время они не общались с другими членами своего сообщества.

Теперь я не мог полагаться на Иити, а мысль о его смерти причиняла мне боль, хотя раньше я даже и не подумал бы, что такое возможно. Я надеялся, что он не страдал, и та вспышка гнева означала его мгновенную смерть.

Интересно, нашли они его тело с всё еще привязанным к шее кольцом? Для чего он им нужен? Чтобы он привел их к своим собратьям, точно так же, как привел меня к мертвым камням на корабле в космосе? Не трудно догадаться, что такие камни могут быть новым источником энергии. Такая сила в руках стоила гораздо больше, чем власть над целой системой планет.

Медик и другой человек собрали свою аппаратуру и ушли. Но низкорослый продолжал сидеть у входа в тоннель на стуле, оставленном капитаном. Он тоже вытащил светло-зеленую палочку и начал жевать. Его глаза были наполовину закрыты от наслаждения, но антенны смотрели на меня.

Потом я уснул и проснулся оттого, что гора вокруг меня тряслась, а снаружи доносился гул. Ещё один корабль шёл на посадку. Возможно, это был «Вестрис». Если так, то капитан вернется, чтобы задать ещё несколько вопросов. Я лежал, прислушиваясь и наблюдая за своим сторожем.

Он стоял и смотрел в сторону выхода, в то время как его антенны смотрели на меня, а его конечности держались за рукоятки лазера.

По реакции низкорослого я понял, что этого корабля никто не ждал. Тогда кто же это? Патруль? А может, это безобидный исследователь или торговец, прибывший не вовремя? Вновь прибывшие попадут в ловушку, я в этом не сомневался.

Гул стих. Теперь я не слышал и не чувствовал вибрации от того, что в соседнем тоннеле работают.

– Что это? – осмелился я спросить своего стража.

Его внимательные антенны зашевелились, но головы он не повернул. Только теперь он вытащил лазеры из кобуры, словно собирался отражать нападение.

Он продолжал ждать. Я попытался задать ещё вопросы, но повернутый в мою сторону лазер заставил меня замолчать. Затем раздался топот ног, и моего стража окликнули. Он убрал один из лазеров в кобуру, а другой держал наготове.

Вошли трое. Они тащили трепыхающийся сверток, который грубо и без церемоний бросили на пол. Однажды в одном из портов я видел человека, напившегося лортдрипа, который вызывает безумие. Тогда его усмирили с помощью специальных полицейских ружей, которые связывают. Тот сверток был очень похож на тот, что принесли сейчас. Среди клейких веревок я разглядел черный мундир, известный всему космосу. Они сцапали патрульного.

У патрульного хватило ума прекратить сопротивление после того, как его бросили. Благодаря этому его путы не затянулись. К счастью ни одна из веревок не стянула его лицо или горло. Но люди капитана были уверены, что их пленник не убежит, и поэтому ушли, оставив нас двоих на попечение низкорослого. Он осмотрел патрульного. При этом его лицо ничего не выражало. Затем он вернулся на стул.

Глаза патрульного были открыты, и он изучал свою тюрьму и ее обитателей. Он долго рассматривал меня. После изнурительного допроса я очень ослаб. Даже сон не смог прогнать усталость. Я не только ослаб, но впал в какую-то апатию, совсем не располагающую к действиям. Я предвидел, что наш сторож в любой момент может направить свой лазер на меня. Но теперь я его не боялся.

Через некоторое время пришёл один из членов экипажа и бросил в мою сторону ещё один тюбик с едой. Несмотря на то, что при виде еды я почувствовал ужасный голод, мне потребовалось невероятное усилие воли, чтобы приподняться и протянуть руку. Некоторое время я держал тюбик в дрожащих пальцах прежде, чем собрался с силами выпить его содержимое.

По мере того как еда попадала мне в рот, мое сонное, полубессознательное состояние начало проходить. Я пришёл в себя и понял, что все окружающее – это не ночной кошмар, а ужасающая реальность. Связанный патрульный лежал там, где его бросили, и смотрел на меня. Я высосал почти половину тюбика, когда до меня дошло, что для него ничего не принесли. Кроме того, он не мог есть сам. Я попытался подползти к нему.