Сергей Михайлов - Пост

- Ты выйди из дома.

Сам сразу же выскочил в открытую дверь и поманил меня лапой.

- Сюда подойди.

Я вышел. На стене, под почерневшим навесом, тоже висело разное барахло. Веревки, тряпки и тому подобное. На большом гвозде сразу за дверью висел выгоревший, но все еще красный спортивный рюкзак с вертикальной надписью 'Адидас'. Когда-то я ходил с подобным.

- Вот ты глазастый.

Буркнул я Илье и схватил вещь. Рюкзак был то, что надо - несмотря на свою старость, он был еще крепким, даже молнии работали. Я раскрыл его и вытряхнул, потом поднес к носу - похоже, он давно висел на улице, ничем кроме солнца рюкзак не пах.

Через пятнадцать минут мы тронулись. Проходя мимо лежавшего под черемухой мертвеца, я опять подумал о том, что вчера был самый страшный вечер в моей жизни. И не потому, что я чуть не погиб, к этому я уже почти привык, просто впервые я сдался - почувствовал, что все, чтобы я не делал, не поможет и от смерти мне уже не уйти. Так бы оно и случилось, если бы не Ванька. Он подтолкнул меня, сунув в руки нож, и я снова стал сражаться. А ведь он мог сам воткнуть нож в бок людоеду, сухожилия ведь подрезал как заправский мясник. Но, наверное, тогда я так и остался бы сдавшимся. Неужели он почувствовал это? Ну его к черту - мистика какая-то. Однако мысль уходить не хотела - я снова вспомнил этот холодный, безэмоциональный взгляд стороннего наблюдателя, совсем не вяжущийся с личиком младенца. Омен какой-то, подумал я - когда-тоя видел фильм с таким названием, там тоже был ребенок, но с душой дьявола. Нет не правильное сравнение, Ванька не сатана, он, скорее, робот - никогда ни одной эмоции.

Хотя нет, оборвал я себя, вечером на руках у людоеда он плакал. Но скорей всего, глаза были сухие и такие же холодные - это явно было представление для одного зрителя.

Еще я подумал о 'лешем' - что за судьба была у этого мужика, судя по всему, он поселился здесь еще до войны. Не знаю, занимался ли он уже тогда своим страшным делом, или начал только когда исчезли продукты, но для него перемены, произошедшие в мире, наверное, не много значили. Разве что люди стали встречаться реже. Думаю, он и не знал про войну и про метеорит. Леший, наверное, до самой смерти от старости, так и прожил бы здесь, считая себя посланцем бога, и верша свой суд. Но другой 'посланец', непонятно только чей - бога или сатаны остановил его.

Неизвестно куда меня могли завести такие рассуждения, если бы мои мысли не прервал, появившийся из кустов Илья.

- Дальше лесная дорога. Почти не заросла. Я же говорил, отсюда пойдем с комфортом. И еще - зверье начало попадаться, надеюсь, скоро добудем что-нибудь, поедим.

Это было бы очень кстати, вчера вечером я остался без ужина и сегодня отправился в путь без завтрака. Я попробовал пожевать зеленые ягоды черемухи, но только связал рот оскоминой. Есть её было невозможно.

- Хорошо, Илья. Поймаешь что-нибудь, зови. Кстати, а ты что-нибудь знаешь про эту территорию? Где мы сейчас?

- Плохо. Примерно представляю, но все из памяти, что до войны, в школе знал. В Самообороне у нас карты были, но мы изучали только территорию до Ирменя, там, где патрулировали.

- А как на счет тварей? Водятся здесь?

- Блин, и про это не скажу. Попались пару раз следы, вроде и похоже, и не похоже. Во всяком случае, если и есть, то мало. Не так как вокруг Поста.

- Надеюсь, - усмехнулся я. - Нам только их не хватало.

- Ну и последний вопрос - ты ничего не чувствуешь там по своей связи - где сейчас Ольга?

****

Черт, холодно как, думала Ольга, отвязывая автомат от вытолкнутой на берег коряги. Даже не одеваясь, босиком, только с автоматом в руках, она побежала к кустам, ей не терпелось убедиться, что она не зря переплыла реку. Однако, еще не добежав пару метров до кустов, Зумба резко остановилась. Черно-коричневые пятна на траве - она слишком хорошо знала, что это такое.

Она подняла голову, так и есть - белая тряпка, застрявшая в сплетении кустов, раньше укутывала одного из детей. Значит, кровь Игоря. Если бы что-то случилось с младенцем, она бы узнала это сразу. В этом она не сомневалась. А ведь она что-то чувствовала, что-то было. И как раз связано с Игорем. Наверное, ребенок пытался сообщить ей об этом, но она не поняла.

Ольга продралась через кусты, сняла с сучка пеленку и осмотрелась - никого и ничего. Даже следов на земле нет.

- Что за дела? - Вслух удивилась она.

Ладно, надо одеться, потом смотреть, главное трупов нет, и она никакой опасности не чувствует. Значит с детьми все хорошо.