Андрей Арсеньев - Хадур

– Стойте тут, – скомандовал он. – Я пойду, проверю.

Военный уверенно двинулся к панорамным окнам, протер их рукавом, стирая толстый слой грязи. В зале царил полумрак, но Антон разглядел стеллажи и давно неработающие холодильники. На удивление, внутри сохранился порядок, тем самым подтвердив догадки о том, что мутанты и люди еще не успели здесь побывать. Военный подошел к раздвижным дверям и уперся ладонями в стекла. Попытался раздвинуть створки, но у него ничего не вышло. Предпринял еще попытку, но все оказалось тщетно.

Антон услышал приближающиеся шаги. Обернулся и увидел Максима с мачете в руке. Военный решил, что тот сейчас его разрубит, но вместо этого парень подошел к дверям и просунул лезвие между ними. Он ухватился за нож двумя руками и, вложив всю силу – провернул мачете. Двери нехотя разошлись, и между ними образовалась щель сантиметров в шесть. Антон быстро сообразил, что нужно делать и просунул пальцы, ухватился за одну дверь, а Максим взялся за другую. Общими усилиями они раздвинули створки, и попали в темный торговый зал. Прошли внутрь. Справа стоял металлический мусорный бак, и Максим несколько раз стукнул по нему мачете. Удары эхом разнеслись по пустынному торговому залу, а затем стихли. На звук так никто и не появился.

Антон жестом позвал остальных.

В зале вдоль стен расположились холодильники, набитые соками, минеральными водами и газировкой. В центре тянулись стеллажи с печеньем, лапшой быстрого приготовления, шоколадом и различной мучной выпечкой, которая давным-давно покрылась зеленой плесенью. На других полках расположились товары для автомобилистов, которые очень «нужны» в длительных поездках. Вот только обуви среди необходимых товаров не обнаружилось.

Все, кроме Максима, принялись с жадностью поедать соленые крекеры и сухую лапшу, запивая минеральной водой, найденную в неработающем холодильнике. Он же решил осмотреть все помещение и только потом поесть. В углу торгового зала, где кончались бесконечные холодильники, расположилась дверь с незамысловатой табличкой «Туалет». Максим вошел. Внутри никого не было, он попробовал спустить воду, хотя знал, что бачок пустой. Так и оказалось.

Он прошел через зал к прилавку, на котором стояли два кассовых аппарата. Четыре человека продолжали поглощать все, что еще оставалось съедобным. Перемахнув через прилавок, Максим заглянул в служебный туалет, тот тоже оказался пустым. Пройдя через операторную, он оказался в коротком коридорчике, в конце которого находилась дверь, ведущая на улицу. Ее успели закрыть, перед тем как покинуть заправку. А дверь справа вела в комнату отдыха, распахнув ее, Максим оказался в маленьком темном помещении. Он разглядел диван, несколько стульев, металлические шкафчики и стол.

– Что тут? – спросил Антон. Он стоял на некотором расстоянии от Максима.

– Ничего. Просто комната для персонала.

– Здесь и будем спать. А теперь идем ко всем, – подозрительный взгляд Антона ни на секунду не отрывался от Максима. – Не пропадай больше у меня из виду. Договорились?

Максим едва заметно кивнул и пошел к прилавку, на который Священник начал складывать провизию, уплетая при этом крекеры. Маша несла четыре двухлитровые бутылки с негазированной водой. Максим видел, как ей было тяжело и он не смог сдержать порыв благородства. Перебравшись через кассовую стойку, забрал у девушки три бутылки, хотел взять и четвертую, но Маша сказала, что одну она уж точно донесет сама. Он поставил воду рядом с горой лапши и печенья. Маша поблагодарила за помощь. Лидия у стеклянных дверей не торопясь поглощала воду из маленькой бутылочки, смотрела на темную улицу. О чем думала женщина, конечно же, известно только ей, но Максим не сомневался что все мысли заняты несчастным Пашей.

– Послушайте все меня, – заговорил Антон. Он немного задержался в комнате отдыха, снимая большой плед с дивана, и теперь держал его в охапку. – Мы все отморозили себе ноги, и сопли назавтра обеспечены. – Военный раскинул большой меховой плед на кассовой стойке. – Если Максим даст мне мачете, то я разрежу покрывало, и мы обмотаем им ноги, – и добавил чуть тише: – Хотя мы все равно заболеем.

Максим протянул Антону мачете, а сам развязал ботинки, вынул шнурки. Военный тем временем пытался разрезать плед на десять ровных частей, и у него это хорошо выходило.

Неожиданно Максима посетила мысль, что Маша может оказаться в каких-нибудь кедах на липучках, тогда не получится завязать плед на ступне. Он рефлекторно поднялся и посмотрел на ее ноги. Увидел черные кроссовки на шнуровке и испытал приятное облегчение. Затем посмотрел на ноги Священника и Лидии – та же обувь на шнурках.