Юрий Манаков - Эпилятор

Закончив с формированием скотомогильника, в котором упокоились в общей кровавой каше около двухсот трупов, я перенес весь готовый героин и опий-сырец к стене. И как мог, рассыпал и перемешал с раздавленными трупами работников наркопредприятия. Получился своеобразный коктейль из наркотика, костей, внутренностей, крови и дерьма. Очень впечатляет и… отрезвляет.

Но зачистку положено делать по максимуму, следовательно, требуется поучить еще и поставщиков. И я выявил первый канал поступления опия-сырца, переместившись вдоль него к самым истокам - маковым полям. На первую деревню вышел через крестьянина, продавшего свой опий скупщикам. В деревне обитало шестьдесят восемь человек. Конечно, очень мило оправдывать занятие преступным бизнесом общей нищетой и невежеством, но строить свое личное благополучие на костях прочих - это не есть хорошо. Я этого не понимаю и не приветствую. Посему, всем им раздавил ноги в районе коленей. Если кто-то и останется в живых, то инвалидность ему гарантируется. Но очень сомневаюсь… Кому они нужны, инвалиды-недобитки? Кто их кормить - поить будет? Ну, может быть только шизоидные общечеловеки из Европы? Во имя мифических общечеловеческих принципов и идеалов, когда якобы убийце нужно дать равные права с его жертвой. Но к счастью, это все-таки болезнь, поражает она далеко не всех. Ну а тех, кто болен, очень просто вылечить. Достаточно, ненадолго, оставить страдальца за отмену смертной казни в общей камере с серийным убийцей…

Во второй деревне со ста семнадцатью жителями оторвал всем поголовно левую руку. В третьей деревне просто давил крестьян, как клопов. Ближе к концу сбился со счета и перестал считать…

В результате, к концу акции, проработав примерно четырнадцать часов без перерыва, устал и физически, и морально. В самом конце меня хватило лишь на то, чтобы набрать на ноутбуке и распечатать короткую записку. 'Акция с Афганским героином по цепочке - производство, транспортировка, сбыт, показательная. Этот вид бизнеса считаю преступным. На первый раз из цепочки наркоторговли убрано последнее звено - потребление. В следующий раз, если останутся еще цепочки, достанется всем. По полной программе.' И подписался 'ББ'.

Пощелкал пультом дистанционного управления телевизором и нашел новости в прямом эфире - кажется, это был первый канал. Вернулся в Храм и переместился в студию. Надел черную кожаную перчатку. Открыл маленькие Ворота и просунул в них листок, положив его прямо на стол напротив диктора. Закрыл Ворота и начал смотреть представление.

Целую минуту ведущая тупо глядела на листок бумаги. Затравлено стрельнула глазками по сторонам, взяла листок в руки, как ядовитую змею, и прочитала - сначала про себя, а затем вслух. После этого криво усмехнулась в телекамеру - видимо хотела улыбнуться народу по-доброму, но улыбка не получилась, и передача новостей прервалась. То-то же.

Я вышел из системы и, с трудом передвигая застоявшимися ногами, потащился отдыхать. Дежурному по команде вяло махнул рукой, предупреждая, что иду спать и прошу не беспокоить. Ввалился в спальню, с трудом разделся и провалился в сон без сновидений.

Утром встал поздно. В организме чувствовались следы усталости - все-таки любая работа должна выполняться по нормальному восьмичасовому графику. Смыв остатки усталости холодной водой, направился в столовую. Кивнул Дервуду, предлагая ему обосноваться напротив, и приступил к завтраку. За десять минут смел со стола все, что было съедобно, поцикал зубом и посмотрел на Дели, стоящего в дверях и внимательно наблюдающего за исчезновением пищи.

Младший брат понял все без слов и, нырнув на кухню, вышел оттуда с дополнительным блюдом порционных кусков тушеной оленины. Я одобрительно кивнул и приступил ко второму тайму насыщения. Успешно завершив процесс, отвалился от стола и, запив все чуть ли не ведерной кружкой холодного кваса, посмотрел на Дервуда. Тот бодро отрапортовал короткое сообщение, в котором не было никаких существенных новостей.

В слегка расслабленном состоянии посидел с минуту и не от великого ума решил предупредить.

– Нужно передать тем от кого это зависит, что далеко на востоке, храм Богов Света и Тьмы на Острове Отшельника, нуждается как минимум в двух братьях. Недавно мирно отошел к Богам брат Мельх, а брат Кенор стар и ему с младшим братом Гельном тяжело следить за храмом.

– Я понял Старший брат. Быстро не получится, но мы подготовим и пошлем двух братьев. Хотя о храме на востоке я слышу в первый раз. - Я хлопнул себя по лбу и, усмехнувшись, очень ярко представил, как два брата-акробата, несколько лет упорно карабкаются по горам, лесам и долам, преодолевая расстояние во многие тысячи километров, все время поминая меня 'добрым' матёрным словом. А посему, обозвав себя недоумком, исправился.