Широко разевая рот, битсу-акк пел о том, как вождь отправился в набег на непокорное племя Живущих В Ущельях, как враги пытались скрыться от него в огнедышащих горах, как он преследовал их вместе со своими воинами, как затряслась земля, обрушились скалы и раскрылась в горном склоне щель, ведущая во тьму. Испуганные воины не пожелали туда идти, и вождь отправился один, проскользнул, как пустынный удав, среди каменных стен и очутился в огромной пещере. В дальнем ее конце сияла ниспадающая сверху вниз завеса, словно широкий водный поток, какого не видел никто в северной степи и даже в предгорьях, где встречались питаемые ручьями мелкие озера. Но этот поток не струился подобно ручью, а был неподвижен, и вождь, коснувшись его, не омочил руки. По виду то была вода, но будто спящая – не текла, не журчала, не утоляла жажду. Зачем она здесь?.. – подумал вождь, сел на камень перед завесой и обратился к богам, к Баахе, Богу Двух Солнц, к детям его Уанну и Ауккату, к Камме, Богине Песков, и Рриту, великому Богу Голода. И боги послали ему видение: в урочное время скользнули за Спящей Водой полупрозрачные картины и явился облик мира по южную сторону гор. Того мира, где обитали торговцы туфан и другие, пока еще неведомые, племена.
Серый Трубач ухмыльнулся. Он знал, что в песне, сложенной про этот его подвиг, правды столько же, сколько мяса в песчаной крысе, голодавшей целую луну. На самом деле подземный грот со Спящей Водой обнаружил пастух из племени Живущих В Ущельях и поведал о чудной находке соплеменникам. Два или три смельчака отправились в пещеру, после чего старейшины, уверившись, что чудо в самом деле существует, послали гонца в становище Мечущих Камни к Серому Трубачу. Вождь пришел, поглядел на туманные картины, выслушал побывавших у Спящей Воды, а затем повелел своим воинам перебить племя Ущелий, чтобы не болтали лишнего. Зарезали всех, даже самок с детенышами, и пировали четыре дня, пока мясо не начало протухать. Пастуху же, нашедшему пещеру, вождь оказал великую милость, съев его печень и сердце.
Произошедшее стало знаком для догадливых певцов, которых вождь возил с собой, так как был он мудр и помнил: правда не то, что случилось, а то, что предстало в рассказах о случившемся. В этом состояла высшая справедливость, доступная только разуму предводителя; только он, Брат Двух Солнц, беседует с богами и знает, где истина, а где ложь. Важно ли, что пастух, помет хромого яхха, нашел чудо Спящей Воды? Нет, ибо ничтожный лишь разинет пасть, хлопнет по коленям в удивлении и начнет болтать о найденном, тогда как вождю боги подскажут, что делать с находкой и есть ли в ней польза или вред. И потому пусть поют Долгие Песни, пусть спешат воины на трубный зов вождя! А когда они придут, серое станет красным!
Поправив рогатую корону на макушке, вождь приподнялся и оглядел свое становище. Здесь собрались воины многих Очагов: Белые Плащи, Люди Песка, Люди Ручья, Люди Молота, Зубы Наружу, Пришедшие С Края, Сыновья Ррита, Полоса На Спине и, разумеется, его родное племя Мечущих Камни. Три непокорных Очага: Детей Яхха, Гудящих Стрел и Песчаных Крыс он уничтожил, добираясь к вершинам власти, а также вырезал по той или иной причине мелкие кланы вроде Живущих В Ущельях. Все они пошли в котел, насытив преданных и верных, но в последние годы, когда врагов в степи не осталось, к кострам племен вернулся Ррит. Можно было бы забить для пропитания тысячу-другую самок, но бог подсказал лучший выход – он, видно, тоже оголодал и жаждал крови.
Скрестив ноги, вождь сидел на шкуре яхха, спиной к глубокому каньону, выходящему на горный склон. Это обширное пространство, заросшее кустами и желтоватой травой аш, тянулось до самой низины, и тут сгрудились десятки тысяч людей и животных. Перегораживая выход из ущелья, стояли возы с высокими колесами и плетеными бортами; в них были навалены связки стрел и запасных древков для копий, бурдюки и упряжь, лестницы и кожи, запасные шатры и сушеное мясо. За линией возов начинался лагерь: тысячи крытых шкурами конических палаток, шесты с пучками шерсти и волос, с лентами и бубенцами, что отмечали стан того или иного Очага, собранное аккуратными штабелями оружие, кипящие котлы, окруженные группами воинов. Не всем удалось выжить во время опасных странствий в горах, и потому пропитания на первые дни хватало; что до будущего, то вождь рассчитывал найти здесь достаточно пищи. Он уже отправил на запад и восток отряды разведчиков.
Дальше палаточного лагеря, у переходившей в пустыню низины, паслись табуны яххов и виднелись фигурки множества людей, резавших кустарник и траву, рывших колодцы, таскавших бурдюки с водой и топливо к кострам. Вода здесь нашлась в невиданном изобилии: горькая – в ручьях, текущих с гор, и сладкая – в подземных источниках. Кочевники засушливых степей знали, как докопаться до сладкой воды и обустроить водоносную яму. Десять или двадцать таких колодцев могли напоить Очаг и его стада, но войско Трубача было огромным, и он велел долбить землю без передышки, днями и ночами. Вода важнее пищи; без воды скакун не проживет и треть луны, а воин без скакуна годится только в котел.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу