Елена Долгова - Центурион

– По медицине, лентяй.

– Ладно, сейчас…

Белочка попыталась улыбнуться, на это не хватило сил – щеки почему-то стали мокрыми, она хотела смахнуть влагу, но не сумела поднять рук. Память, казалось, вычерпали – если не до дна, то наверняка наполовину. “Кто такой Майер?…” Два темных силуэта склонились, заслонив от ее ультрамарина, вернувшегося жука, шума дороги, ветра, вечернего солнца и всех опасностей мира.

Силуэт повыше крепко сжал ее запястье. Джу ощутила короткий укус иглы.

– Вообще-то, Алекс, у сенсов нестандартная реакция не редкость. Она пришла в себя после наркотиков, оставьте тревоги – тут все нормально.

Белочка оттолкнулась ладонями и села, мир качнулся, пытаясь перевернуться, поплыл, окатил ее светом, звуком, красками, фейерверком пси-образов, легко рассыпался сломанной мозаикой, потом так же легко воссоединился и замер в относительной неподвижности. Оказалось, она сидит на раскладной парусиновой койке, прямо под открытым небом. Неподалеку курился обложенный дикими валунами костерок, стриженный, как щетка, замусоренный косогор занимали ряды разномастных аляповатых палаток и поставленных кое-как каров. Кто-то привязал к вкопанному в землю шесту огромную гроздь разноцветных шаров, поодаль ритмично постукивала музыка – звяканье струн перемежалось звоном бубенчиков.

– Что это?

– Лагерь движения “назад, к натуре”. – Стриж открыто, не скрываясь, искренне засмеялся, это сделало его до странности непохожим на самого себя прежнего.

– ?

– Ну… Вы долго оставались без сознания, Джу. Эти ребята-натуристы почти каждый день ликуют под пси-глюкой. В такой компании никого не удивит ни прекрасная леди, лежащая пластом, ни целых два подозрительных мужика в ее компании.

Белочка пошарила вокруг, подыскивая подходящий предмет, чтобы бросить им в Дезета – попалась мятая пустая пластиковая бутылка. Ослабевшие пальцы никак не могли ухватить скользкое горлышко.

– Я так и знал, что ваша благодарность не будет иметь границ, – откомментировал обрадованный Стриж.

Второй спаситель стеснительно держался на заднем плане, старательно пряча лицо.

– Ну, я в самом деле очень благодарна. Просто мне почему-то не по себе. А это кто там с вами?…

Стеснительный друг помялся в нерешительности.

– Это я…

Радость померкла. Джу задохнулась от злости, сердце ее заколотилось, кровь прилила к щекам – лицо заполыхало так, как будто его мгновенно и чудом опалил загар.

– Майер?! Ну это уже чересчур! Я тут и полминуты не останусь.

– Но…

– Он предатель! Дайте мне только на ноги встать, я сама его прикончу.

– Погодите, не надо ссориться – отложим это на потом…

Стриж кусал губу помеченную свежим (раньше не было) шрамиком, пытаясь не расхохотаться. Пси-философ стушевался, переместившись подальше от Белочки.

– Вообще-то, с нее станется – это стихийное бедствие моей жизни.

– Заткнитесь, Майер, скройтесь и не усугубляйте.

Джу посмотрела прямо в серые, спокойные глаза Стрижа.

– Он предал меня. Почему вы этого не понимаете?

– Я понимаю. Он вас предал из малодушия, Джу, но он же вас и спас. Мы убегали на его машине, он вас лечил как мог и маячил рядом в виде прикрытия. Что мне теперь делать? Убить этого несчастного конформиста? Ну, как скажете, в конце концов я ради вас на все готов. Только, может, все-таки не стоит?

Белочка села, съежилась, охватив колени руками.

– Вы в своем репертуаре, Алекс – “барахла в природе нет, имеются лишь ценные креатуры”.

Стриж сокрушенно покачал головой.

– Вы правы, леди Джу, однако, мне кажется, на деле убиение заблудшего не доставит радости сострадалистке. Впрочем, не сомневайтесь, если Майер попробует вильнуть в сторону еще разок, я отправлю его на тот свет, не задумываясь. На том и порешим?

Сострадалистка промолчала.

– Вам больно, вы хотите мести, Джу. Кое-кого, причастного к этой истории, я сам бы прикончил с полным удовольствием – например, хирурга, который вами занимался. Но мне пришлось выбирать между увеличением шанса спасти вас и местью. Мои шансы стремительно падали бы с каждым новым трупом. Чего вы хотите, волшебница из сказки – жить или отомстить? Понимаете… Вы опять были в мире ином, мне пришлось выбирать за вас. Простите меня, я выбрал не месть.

Белочка немного расслабилась и угрюмо кивнула.

– Ладно. Что за шмотки на мне надеты? Вы меня переодевали что ли?

– Ага. Это любимая униформа натуристов.

– Кошмар. Уродство и полный разврат. Еще и стриженая голова в придачу.