Андрей Мартьянов - Черный горизонт

Открыл, заглянул в просторные сени.

– Как она здесь живет, а? – проворчал я. – Это просто невозможно!

В доме стоял отвратительный запах мертвичины, небось еще с прошлого раза не выветрился! К нашему с Вильрихом визиту Эльзбет затеяла вскрытие убитого простецами из деревни Черна «нового монстра», впоследствии вызвавшего нездоровую сенсацию на Граульфе – ведьма по моей просьбе передала экземпляр пану Щепану, и тот переправил дохлую зверюгу в Университет. Воняла тварь неимоверно, бедного Вильриха тогда аж вытошнило.

Точно, хозяйки нет дома – химические лампы и свечи в лаборатории не горят, камин давно погашен. В комнате, занимающей большую часть первого этажа, царит полумрак, из затянутых пузырем узких окон солнечные лучи сюда не проникают.

Обстановка напоминает заведение алхимиков в Дольни-Краловице – коллекция реторт и атаноров, хрустальные шары, связки сухих трав и чучела страшилищ, книги, свитки, в рамках на стенах подробные карты Меркуриума и континента Скандза. Живописно, ничего не скажешь, впечатление «волшебности» этого места портит лишь неимоверный смрад.

Направившись к столу с писчим прибором и папкой, в которой хранилась бумага, я споткнулся обо что-то мягкое, не удержался на ногах и рухнул на пол, попутно своротив хлипкую этажерку, уставленную каменными фигурками и флаконами с непонятным содержимым.

– Б..! – громогласно возгласил я на чистейшем русском языке, но вовсе не потому, что сильно ударился плечом о жесткие деревянные половицы. Просто испугался чуть не до визга. – Да что же здесь творится, мать вашу за ноги!

Вскочил, рванул прочь, опять споткнулся, но успел схватиться за столб, поддерживающий потолок. Выдохнул, утер взмокший лоб рукавом.

В двух метрах от меня лежала мертвая Эльзбет. Убита, никаких сомнений! Обращенная кверху затылочная часть черепа разворочена, фактически полностью снесена! Кровавые пятна на полу и стенах – ни дать ни взять разрывная пуля!

Пуля? Ничего подобного. Отдышавшись и поборов нараставшую панику, я углядел подозрительно знакомый предмет, застрявший между осколков кости. Присел рядом, посмотрел внимательно.

«Раскрывающаяся стрела», жутковатое изобретение оружейников Остмарка.

Что же это получается? Эльзбет погибла три-четыре дня назад, тело уже тронуто разложением, отсюда и запах. Она впустила убийцу в дом и повернулась к нему спиной, он произвел выстрел из арбалета точно в затылок, с очень небольшого расстояния, от силы шагов пять. Гарантия смерти, головной мозг фатально поврежден. Умерла Эльзбет из Лоденице мгновенно.

Что делать, что делать? Как поступить прямо сейчас? Думай, идиот!

Для начала изучим место преступления. У меня и раньше-то была отличная фотографическая память, а после перестройки организма под воздействием «Бича Божьего» я дополнительно развил эту способность. Надо вспомнить, как выглядел дом ведьмы во время моего первого посещения – вдруг что-нибудь пропало?

Затратив десять минут, я понял: исчезли несколько амулетов граульфианского производства из коллекции Эльзбет, причем амулеты недешевые, каждый стоил до сотни золотых, сумма колоссальная. Не менее дорогие книги, однако, нетронуты, золотые украшения тоже. Бесследно сгинули четыре банки с заспиртованными образцами «новых тварей», в частности с детенышами чудовища из Черны, которые ведьма прошлый раз извлекла из матки анатомируемого существа… Остальное вроде на месте.

Забрав нужные предметы убийца преспокойно вышел из дома, закрыл дверь, приставил колышек и уехал. Ошеломляющее хладнокровие! Неужели Эльзбет знала этого человека?

Я пулей вылетел на крыльцо, бросился к Карасику. План действий полностью созрел. Древоног проводил всадника безучастным взглядом – этому псевдоразумному существу было плевать на человеческие трагедии.

Выбравшись на дорогу, я пустил мерина в галоп и спустя четверть часа оказался на въезде в Осечню, крошечный городок на полсотни строений, принадлежащий мелкопоместному дворянину Михалу Осечиньскому. Разузнал у простецов, как проехать к господскому дому, запугал привратника громким голосом и неминуемыми карами, если он будет медлить. После чего был препровожден к его милости.

Пан Михал оказался типичным помещиком, владевшим скромным леном, но в то же время наделенным правом суда на своих землях – власть Высокой Короны представляет именно он. Господин выглядел лет на сорок стандартных, начинал полнеть, наверняка отличался ленью и склонностью к тихому пьянству: жить в провинции неимоверно скучно.