Эдвард Лернер - «Если», 2002 № 01

В 2132 году скончался последний из тех, кто не был новусом.

История человечества не закончилась — она начала свой новый виток. Число людей на планете уже не могло измениться. Начало меняться их качество.

Клаус и Наташа сидели на веранде, увитой зеленым плющом, покачивались в креслах-качалках. Клаус тянул через соломинку коктейль из текилы и апельсинового сока, уже третий стакан подряд. Наташа молчала.

Сколько это может продолжаться? Полтора часа нудного качания в креслах, сопровождаемого монотонным скрипом старых рассохшихся деревяшек. Клаус знал, что Наташа не просто молчит — она мысленно связывается с кем-то, находящимся от них за тысячи километров, договаривается с ним. Решает его, Клауса, проблемы. Но раздражение все больше охватывало его. Почему он должен терпеливо торчать здесь, в доме Наташи, и изнывать от безделья? Понятно, почему — потому, что он неполноценный: не владеет телепатией и должен лично присутствовать при сеансе связи, чтобы, если понадобится, вовремя ответить на пару дурацких вопросов. Ни журнальчик полистать, ни в телевизор потаращиться. Не существует уже давно ни журналов, ни телевизоров. Десятки книг стояли на полках в соседней комнате — Клаус полистал их и с досадой поставил на место. Все книженции были научными трудами трехсотлетней давности, ни одной художественной! Тоска! Вот новусам никогда не бывает скучно: если им нечем заняться, они с любовью обсасывают свои мыслеформы. Самосовершенствуются. Занятие, глубоко противное Клаусу Даффи. Нет у него никаких мыслеформ — у него только мысли. Несовершенные, гадкие, пошлые мысли. Залезть сейчас Наташеньке под платье. Ножки у нее замечательные.

Жаль, что Клаусу сегодня нужно уезжать. Сергей отчалил, Наташа осталась одна… Наверное, не отказала бы Клаусу. Вряд ли Сергей вернется раньше, чем через десяток лет. Самое время для Наташи найти себе нового спутника. Вот уж чем хороши новусы — тем, что постоянных супружеских пар у них не существует. Это правильно. Сотни лет видеть в своей постели одну и ту же женщину такое сведет с ума кого угодно, даже психологически сверхустойчивого новуса.

— Наташа! — Клаус прервал молчание. — Извини, дорогуша, но я устал сидеть и ждать. Есть там какие-нибудь новости?

— Есть. — Наташа потянулась. — Извини, что заставила тебя ждать. Я задумалась… Тебя переправит Хосе Лопес. Он любезно согласился помочь. Сейчас он занят, но через три часа он освободится и будет к твоим услугам.

«Переправит»… Любят же новусы подбирать банальные слова для обозначения своих чудес. Телепатию называют «слухом», телепорт — «переправой». Можно подумать, они все еще стесняются своих паранормальных качеств. Комплексуют, испытывают чувство вины перед бесталанным человечеством, давным-давно отправившимся в могилу.

Впрочем, суть от названия не менялась. «Переправа» представляла собой самую настоящую телепортацию — мгновенное перемещение человека на огромное расстояние. Тот, кто освоил руну Броска, мог перемещаться сам. Более продвинутые, овладевшие руной Полета, могли перемещать и других. Конопатый Хосе, весельчак-коротышка, был именно из таких. Насколько было известно Клаусу, руну Броска освоили четыре пятых из ныне живущих новусов. Если бы сам он захотел получить это умение, то, вполне вероятно, давно бы уже путешествовал по всему миру самостоятельно, без унизительных просьб переправить его в нужное место. Но… Конечно же, проклятое «но». Клаус Даффи поклялся, что никогда больше не прибегнет к психовизуализации. Хватило ему и того, что он сделался бессмертным. Как бы теперь избавиться от этого гнусного дара?

— Я попаду прямо к самому Патрику? — спросил он.

— Нет, не сразу. Вот, смотри, — Наташа расстелила на столе карту. — Патрик живет на Алтае, около Телецкого озера, вот здесь, — она показала место пальцем. — Это аномальная зона — переправа там не работает. Ближайшее селение, куда можно переправиться — одиночная резиденция Алексея Захарова, она в восьмидесяти километрах от дома Патрика. Дальше тебя отвезет Захаров.

— Как отвезет? На лошади? Восемьдесят километров по горам? Далековато забрался папа Ньюмен.

— Вряд ли на лошади. — Наташа улыбнулась. — Захаров — механик. Один из лучших механиков в мире. Думаю, для тебя он найдет какой-нибудь подходящий вездеход.

— Подожди-ка, Захаров — это не тот самый Беркут, который делает планеры?

— Тот самый.

— Здорово! — восторженно воскликнул Клаус. — Поговорить с Патриком, да еще и с Беркутом познакомиться! Как ты думаешь, он позволит мне полетать на своем планере?