Стивен Кинг - Монстр

что мама с папой, должно быть, чувствут то же - ведь три дня они пытались обедать в столовой, а потом, по общему согласию, расставили стулья вокруг разделочной доски Дика Холлоранна величиной с их стовингтонский обеденный стол, и стали есть на кухне. Столовая слишком подавляла. Даже если горел свет, а из кассетника в конторе лилась музыка. Ты все равно оставался одним из троих за столом, который окружали дюжины других столиков, пустых, укрытых от пыли прозрачными пластиковыми скатертями. Мама сказала, что это все равно, что обедать в середке романа Гораса Уолпола, а папа рассмеялся и согласился. Дэнни понятия не имел, кто такой Горас Уолпол, зато прекрасно знал, что стоило им начать есть на кухне, мамина стряпня стала вкуснее. Он не переставал обнаруживать повсюду мельчайшие отпечатки личности Дика Холлоранна и они, как теплые прикосновения, придавали ему бодрость.

Мама съела полсандвича, а суп не стала. Она сказала, что, раз и фольксваген, и тутошний грузовичок на стоянке, Дэнни придется погулять одному. Она сказала, что устала. Если Дэнни считает, что сумеет скоротать время и не попасть в беду, она, может быть, на часок приляжет. Дэнни с набитым сыром ртом заверил её, что со своей точки зрения - сумеет.

- Почему ты не ходишь на детскую площадку? - спросила мама. - Я думала, она тебе до смерти понравится, тут и песочница для твоих машинок, и все прочее...

Он сглотнул, и еда сухим, твердым комком прокатилась по горлу вниз.

- Может, ещё понравится, - сказал он, поворачиваясь к радио и крутя ручку.

- А зверюшки из кустов как здорово сделаны, - сказала Венди, забирая у него пустую тарелку. - Очень скоро папе придется пойти подстричь их.

- Ага, - отозвался Дэнни.

(Просто разные гадости... раз - с теми кустами, чтоб им пусто было... что на манер зверей подстрижены...)

- Если увидишь папу раньше, чем я, скажи, что я ложусь.

- Конечно, мам.

Она сунула грязные тарелки в раковину и опять подошла к нему.

- Ты счастлив, Дэнни?

Он простодушно взглянул на нее, над губой были молочные усы.

- Угу.

- Плохих снов больше не видел?

- Нет.

Один раз, ночью, когда он уже лежал в постели, Тони приходил к нему, еле слышно звал по имени издалека. Дэнни крепко зажмурился и не открывал глаз, пока Тони не исчез.

- Точно?

- Да, мам.

Кажется, она была довольна.

- Как твоя ручка?

Дэнни предъявил руку.

- Получше.

Она кивнула. Накрытое миской гнездо, где было полнымполно замерзших ос, Джек, отнес за сарай в мусоросжигатель и сжег. С тех пор ос они больше не видели. Он написал в Боулдер юристу, приложив снимки руки Дэнни, и два дня назад юрист ответил, отчего у Джека полдня было поганое настроение. Юрист выразил сомнение, что процесс против фирмы-изготовителя дымовой шашки будет успешным, поскольку подтвердить, что все напечатанные на упаковке инструкции были выполнены точно, может только сам Джек. Джек спросил, нельзя ли купить другие шашки и проверить их, на тот же дефект.

Да, ответил юрист, но результаты будут в высшей степени сомнительными, даже если все контрольные шашки сработают плохо. Он рассказал Джеку о случае с компанией, производящей раздвижные лестницы, и сломавшем спину человеком. Венди сокрушалась вместе с Джеком, но в глубине души просто радовалась, что Дэнни так дешево отделался. Юридические хитрости лучше было оставить тем, кто в них разбирался, а Торрансы в их число не входили. К тому же, с тех пор осы у них больше не появлялись.

- Сходи поиграй, док. Повеселись.

Но он не веселился. Он бесцельно бродил по отелю, заглядывая к горничным в чуланы и в каморки швейцаров, выискивая что-нибудь интересное и не находил - маленький мальчик, топающий по затканному извилистыми черными линиями синему ковру. Время от времени он пробовал открыть дверь какого-нибудь номера, но все они, конечно, были заперты. Универсальный ключ висел внизу, в конторе, но папа сказал, чтобы Дэнни не смел его трогать. Да ему и не хотелось. Или хотелось?

(Зачем ты здесь?)

Если разобраться, бродил он вовсе не бесцельно. Он вспомнил сказку, которую ему один раз, напившись, прочел отец.

Дело было давнее, но и сейчас эта сказка помнилась не менее ярко, чем когда папа её только прочел. Мама устроила папе нагоняй и спросила: что это он делает, читая трехлетнему малышу такие ужасы? Сказка называлась "Синяя Борода". Это

Дэнни тоже помнил отчетливо - ведь сперва он подумал, что папа сказал "Сын и Борода", но никаких сыновей в сказке не оказалось - там, кстати, вообще не было речи о детях. На самом-то деле сказка была про жену Синей Бороды, красивую леди с ржаными, как у мамы, волосами. После того, как Синяя Борода женился на ней, они поселились в огромном и странном замке, довольно похожем на "Оверлук". Каждый день Синяя Борода уходил на работу и каждый день наказывал своей хорошенькой женушке не заглядывать в одну определенную комнату, хотя ключ от неё висел на гвоздике - как внизу на стене конторы висел ключ-универсал. Любопытство насчет запертой комнаты стало все сильней и сильней одолевать жену Синей Бороды. Она попыталась заглянуть в замочную скважину - так Дэнни пытался посмотреть в глазок номера 217 - с-тем же неудовлетворительным результатом.