Сергей Волков - Объект «Зеро»

Игорь возбужденно скакал по траве, демонстрируя приемы владения звенчем, а я с горечью подумал: «Звенчи звенчами, но если бы мы хотя бы догадались одеть защитников Перевала в скафандры. Сколько смертей удалось бы избежать!»

Скафандров у нас было без малого две сотни. В основном обычные космоскафы, несколько тяжелых ремонтных, да десятка три табельных вэкаэсовских. Без своей электронной начинки все они превратились в обузу, и никому из нас просто не пришло в голову облачиться в скафандр. Откровенно говоря, мы о них попросту забыли. Забыли – и поплатились…

– …Ребята! Я вам как специалист говорю – тут что-то нечисто! – горячо убеждал нас Игорь, расхаживая туда-сюда возле костра. В своих нелепых латах он напоминал Дон Кихота. – Я ж не просто так, я геофизик! Перед вылетом ознакомился с отчетом по Медее. Так, глазами пробежал да на «объемке» модели и стратиграфию глянул. Думал, на месте проведем полный зондаж, как положено. Все-таки отчет делался по результатам орбитального сканирования литосферы, а это так, первое приближение…

Но все равно, все равно! У меня впечатление сложилось, что Медею наизнанку вывернули. И всюду, всюду медь и ее компоненты! Причем безо всякого логического соответствия с привычным генезисом.

– Так, может, планету-то не зря Медеей назвали? – осторожно предположил Панкратов.

– Не годится, – тут же отреагировал Игорь. – «Медь» – русское слово, созвучно слову «мёд», видимо, из-за цвета. «Медный» – значит желтый, медвяный. А Медея – греческое имя, переводится как «волшебница», «чародейка». Это просто совпадение…

– Многовато совпадений, – хмыкнул я, вспомнив рассказы Цендоржа и Михи о том, каким образом они попали сюда.

– Это еще что! – воодушевился наш новый знакомый. – А животный мир? У нас биолог есть, тетушка пожилая, из стерилов. Таких в колонисты не брали, но она специалист классный по экзофауне. Так вот, она утверждает, что слизней, по-вашему червей хрустальных, в нынешней природе Медеи быть не должно ну никак! У них, у биологов, свои законы для развития жизни на планетах. А тут – это она сказала: «логическое течение эволюции нарушено».

– То есть черви – они не отсюда? – я нахмурился.

– Не то чтобы не отсюда, а скорее не из этого времени! Такие формы жизни характерны для намного более раннего этапа эволюции. Слизни – это архаика. Да к черту слизней! Главное… – Игорь остановился, присел, отчего его амуниция заскрежетала, зазвенела на разные голоса, и, понизив голос, продолжил: – Главное – отсутствие энергии, электричества. Думаю, вы и сами уже там у себя додумались до того, что такого быть не может. Не может по массе причин. А оно – есть, вернее, его, электричества, – нет! Вот тут, думаю, и зарыта самая главная собака… Хотя нет, собак на Медее зарыто предостаточно.

…Цендорж вел прыгуна в поводу. Миха бегал вокруг, все порываясь забраться в седло. В цилиндре, укрепленном на повозке, хрюкал червь – Макаров туманно объяснил, что он нужен «для скорости». Щебетали птицы. Мы с Игорем неторопливо шагали метрах в десяти позади, продолжая начатый у костра разговор. Пели на легком ветру клинки звенчей за плечами нашего нового товарища, скрежетали доспехи, но снять их Игорь отказался наотрез:

– Понимаешь, привык я. Ну, и спокойнее так… Вооружен – значит, предупрежден.

Наша беседа с биологии перекинулась на геологическое строение Медеи. Говорил в основном Игорь, я лишь изредка задавал вопросы. Как-то так само получилось, что вскоре разговор перешел в спор.

– Вот смотри, Клим: все планеты земной группы имеют схожее геологическое строение и сходный генезис. Достаточно взглянуть на глубинные сканы Земли, Артемиды, Гермеса, Тонги, Гефеста, даже Аппо, где осадочный чехол местами превышает толщину материковой коры, чтобы понять – там все развивалось по одним законам.

И минералогия, и петрография таких планет если не одинаковы, то по крайней мере даже неспециалисту ясно, откуда ноги растут.

– Здесь не так? – спросил я.

– Здесь ерунда какая-то. Я говорил – перед вылетом проглядел отчет о сканировании литосферы Медеи. Мельком, на бегу – думал, времени полно будет еще. Кто ж знал, что все вот так… Ну да ладно. Так вот, в отчете этом меня ничего особенно не удивило. Ядро, мантия, кора и на материке, и под океаном примерно соответствует земной. Мощные литосферные плиты, между ними, как положено, зоны разломов и складчатость. Несколько удивило, что материк тут такой… отползший к экватору, ну да в принципе это тоже объяснимо – Медея по возрасту старше Земли, скорость вращения у нее чуть больше, вот и сработали центробежные силы. Это, кстати, подтверждается и обширными рифтами у северного полюса, глядящего на Эос.