Эдгар Берроуз - Лунная девушка

Воины, на которых мы ехали, случайно оказались рядом, и я увидел, что девушка вопросительно смотрит на меня. Видимо, ее очень интересовали остатки моей одежды, которая так отличалась от всего, что она видела в этом мире. Она видимо понимала и говорила на том же языке, что и Га-ва-го и я наконец осмелел настолько, что обратился к ней:

— Мне очень жаль, что вы попали в руки этих созданий. Я хотел бы быть вам чем-нибудь полезен, однако, я тоже всего лишь пленник.

Она выслушала меня, слегка наклонив голову, и поначалу я подумал, что она не ответит. Однако, она под конец, глядя мне прямо в глаза, спросила:

— Кто ты?

— Я один из жителей планеты Земля.

— Где она и что значит слово «планета»? — спросила она. (Дело в том что мне пришлось употребить слово земное, поскольку подобного понятия не существовало в языке Ва-гасов).

— Вы знаете конечно, — сказал я, — что пространство снаружи Во-наа населено другими мирами. Ближайший к Во-наа — Земля, которая во много-много раз больше вашего мира. И вот с Земли то я и прибыл.

Она показала головой.

— Я не понимаю. — Она прикрыла глаза и сделала рукой жест, которым охватывала все вокруг. — Все, все — скала. Только здесь в центре существует место, которое мы называем Во-наа. Все остальное — скала.

Я чуть не улыбнулся при таком заявлении об исключительности Во-наа. Однако, как же мало это отличалось от высказываний некоторых На-вансов, которые полагали, что Космос существует исключительно ради Земли. Я даже знал человека в нашем просвещенном двадцать первом столетии, который настаивал на том, что Марс необитаем, и что сигналы, идущие к нам с соседней планеты — или гигантская мистификация или голос дьявола, искушающего людей и подрывающего веру в Бога.

— Ты когда-нибудь видела похожих на меня в Во-наа? — спросил я ее.

— Нет, — ответила она. — Но Во-наа огромный мир, и в нем есть еще много мест, о которых я ничего не знаю.

— Я не из Во-наа, — попытался объяснить ей снова. — Я из другого мира, который далеко отсюда.

Я попытался рассказать ей о Вселенной, О Солнце, о планетах о их спутниках. Однако я увидел, что она не может этого постичь, так же как ограниченный ум человека не может вместить в себя понятий пространства и бесконечности. До нее это просто не доходило — только и всего. Для нее все, что для нас представляло пространство, было скалой. Она, однако, долго думала и наконец сказала:

— Возможно, что существуют другие миры, кроме Во-наа. Великий Нуз, чьи огромные дыры уходят в бесконечную скалу, возможно, ведет к другим мирам, похожим на Во-наа. Я слышала о такой теории, однако никто в Во-наа не верит в нее. Тогда это правда, — воскликнула она, — и ты пришел из другого мира. Ты пришел из одной из дыр Нуза, правда ведь?

— Да, правда, — ответил я. — Я явился из одного из Нуз (это означало дыры на языке На-вансов). Но я явился из мира, который не похож на Во-наа. Здесь вы живете внутри полой сферы. Мы, земные люди живем на поверхности подобной сферы, которая, однако, во много раз больше вашей.

— Однако что же держит ее? — спросила она и засмеялась. В первый раз я услышал как она смеялась. Это был удивительно заразительный смех и довольно мелодичный. Хотя я и понимал, что это до некоторой степени бесполезно, я попытался объяснить ей положение вещей, начав с туманностей и завершив рассказ о том, как связаны друг с другом Земля и Луна. Если я и не добился ничего, то, по крайней мере, отвлек ее внимание от того ужасного положения, в котором она очутилась, и развеселил ее, так как она часто смеялась во время моего рассказа. Я никогда не видел такого веселого и жизнерадостного создания, как она. На ней было одеяние, напоминающее тунику. Оно едва доходило ей до колен. При скачке оно задиралось вверх и обнажало ее ноги буквально до бедер. Она была дивно сложена. Контуры ее тела не прятались, а подчеркивались прозрачной материей ее изысканного одеяния. А когда она смеялась, обнажались два ряда ровных ослепительно-белых зубов — предмет зависти большинства земных красавиц.

— Предположим, я возьму горсть песка и подкину вверх, — говорила она, Согласно твоей теории, маленькие частички вращаются вокруг больших, и все это вместе полетит по воздуху. Однако этого ведь не случится. Если я брошу пригоршню песка в воздух, он немедленно упадет на Землю, и если как ты говоришь, миры точно так же брошены в воздух, то они тоже упадут на землю, как и песок…

Это было бесполезно, но ведь я знал это с самого начала. Было бы гораздо интереснее ее расспрашивать, и я несколько раз пытался это сделать, однако она каждый раз жестом останавливала меня, качала головой и настаивала, чтобы я вместо этого отвечал на ее вопросы. На этот раз я однако настоял на своем.