Кстати говоря, недавно он провел уникальнейшую операцию. Удалил опухоль из мозга и спас жизнь монгольскому ученому. В благодарность тот подарил ему несколько древнейших буддийских манускриптов, два из которых были начертаны на листьях пальмы, а один вырезан на серебряной пластинке. Этот известный в своей стране историк несколько лет провел в Ладакхе, в монастыре Спиттуг, где ему удалось получить высшую степень Лхарамба по буддийской метафизике, что считалось высочайшей честью. Прощаясь, Лувсан (так звали ученого) сказал Борису: - Ты делаешь очень большое дело. Ты возвращаешь больных людей к жизни. Придет время и это пригодится тебе и твоим товарищам. Здесь записаны рецепты приготовления ценнейшего лекарства. Оно поможет человеку обрести новую память, достичь необыкновенных высот в Познании Неизвестности и Всепоглощающего Света... Борис, не отказывайся, не обижай старика. Это самое ценное, что у меня есть... Но жизнь дороже. А твои золотые руки вернули ее мне. Хотя Борис был принципиально против всякого рода подношений, в данном случае он не мог устоять перед настойчивостью старого ученого. Поблагодарил и сунул таблички в один из нижних ящиков своего стола. Об этом инциденте он вспомнил лишь спустя несколько месяцев, когда за очередным вечерним чаепитием в квартире Валентина тот поделился своей сокровенной идеей. Мать Шилова, Анастасия Ивановна, заваривала превосходный крепкий чай, настоенный на травах, по только ей известному рецепту, переданному бабушкой, урожденной графиней Дашковой. Муж ее, дед Валентина, блестящий гвардейский офицер, сразу принял революцию, добровольно вступил в Красную Армию, дослужился до комдива, но в 1937 году как враг народа был расстрелян. Бывшая графиня сумела одна воспитать свою дочь. Валентин своим решительным характером, твердостью взглядов пошел в деда, которого в 1961 году посмертно реабилитировали, вернув 'честь и доброе имя. Они поселились е его старой квартире на бывшей Моховой. Бабушка вскоре после этого умерла. Отец Валентина, известный геолог, профессор Шилов, еще в 1956 году погиб в автомобильной катастрофе. Валентин жил вдвоем с матерью. Его друзья частенько любили заходить на огонек в эту старую московскую квартиру, попить пахучего чая и отведать пирогов Анастасии Ивановны, которая была большая мастерица их печь. Компания подобралась интересная. Кроме Бориса, в нее входил родственник Илья Леонидович Кот-лярский, который был известным востоковедом, товарищ Валентина по университету психиатр Женя Головин и еще несколько медиков. В последнее время к ним стала присоединяться и племянница Котлярского Инна Сухинина. Валентин прекрасно играл на гитаре. У него был отличный слух и неплохой баритон. Особенно ему нравились песни Розенбаума и Высоцкого. Компания обычно засиживалась допоздна и заполночь разъезжалась по домам. Однажды Инна пришла без дяди, который уехал в одну из своих многочисленных командировок. Валентин пошел ее провожать, и они всю ночь бродили по старинным московским улицам, набережной Яузы. С тех пор Инна часто забегала по вечерам в эту гостеприимную уютную квартиру. Золотоволосая, кареглазая, стройная женщина была не только очень миловидна. Она отличалась собственным взглядом на жизнь и необычной прямотой, твердостью убеждений. Так уж получилось, что Инна и Валентин потянулись друг к другу. Что ни говори, а если у красивой молодой женщины еще и светлый, ясный ум, то она невольно привлекает к себе всеобщее внимание. Вообще говоря, Инна принадлежала к породе недотрог. Она рано, еще будучи студенткой, вышла замуж. Однако личная жизнь не удалась. Муж ей достался из числа папенькиных, всем обеспеченных сынков и частенько злоупотреблял спиртным. Инна не захотела иметь ребенка от мужа-алкоголика и, не прожив и года, разошлась с ним. В этом отношении Валентин был полной противоположностью ее бывшему мужу. Он был трезвенником, чрезвычайно увлекательным и интересным собеседником. Да к тому же и "песни под гитару"! Ну у какой девушки не закружится голова? Инна не оказалась исключением, тем более, что и сам Валентин испытывал к ней тоже не просто дружеские чувства. Приглянулась она и Анастасии Ивановне, которая уже давно подумывала о внуках, но не знала, как подступиться к своему вечно занятому, увлеченному работой сыну. Так в один из осенних вечеров, когда под крышей дома Шиловых вся компания собралась полностью, что бывало не часто, Валентин решил поделиться своей идеей со своими друзьями. Разговор шел о молодом поколении, о детях. Борис, которому идея Валентина была уже известна, горячо поддержал друга. Что ни говори, а опыты с пептидами на животных действительно давали интересные результаты. А что если все-таки попытаться попробовать перейти к экспериментам на человеке? Взять несколько дебилов, умственно отсталых детей и попробовать им помочь. Ведь многочисленными опытами не только на крысах, но и на обезьянах доказано, что пептиды в отличие от большинства фармакологических средств для организма практически безвредны. Валентин рассказал, что препараты вводят крысам через нос - так пептидное вещество скорее добирается до головного мозга. Ему удалось выявить весьма интересную закономерность: при введении препаратов через нос у зверушек резко улучшалась память и сообразительность. Например, у крыс, подвергшихся обработке пептидами, память улучшалась в несколько раз. По сравнению с их сородичами крысы, которым вводили пептиды, казались просто гениальными. Валентин рассказал, что подобные опыты были проведены и на обезьянах, после чего шимпанзе сумели строить совершенно осмысленные фразы на языке жестов. Единственное, что угнетало Шилова, так это крайне непродолжительное время действия препаратов. Через несколько минут пептиды в организме животных разрушались, а "гениальность" уступала место обычному инстинкту. Валентин рассказал, что работавшей с ним по одной теме группе ученых в Институте молекулярной генетики удалось создать препарат, который действовал значительно дольше, правда, на несколько часов. А нужно, чтобы препарат действовал годы, десятки лет, наконец, всю жизнь. Но как, каким образом добиться этого? Какие компоненты должны войти в состав вещества, чтобы оно не разрушалось и сохранялось в организме, по крайней мере, до конца жизни животного. Только после этого можно задуматься об экспериментах на человеческом мозге, пускай дебила, но ведь человеческом! И в этот момент Бориса словно осенило. Он вспомнил о подарке ученого монгола, у которого он удалил из мозга раковую опухоль. - Послушай, - обратился он к своему дяде Илье Леонидовичу, сидевшему напротив и с невозмутимым видом допивающему третью или четвертую чашку чая с очередным куском пирога Анастасии Ивановны. - Ты сумел бы разобраться в старинных буддийских манускриптах? По-моему, там записаны рецепты какого-то лекарства, улучшающего человеческую память. - Почему бы и нет, - ответил Котлярский. - Одно время я специализировался на тибетской медицине. И некоторые растительные препараты, полученные по восстановленным мной рецептам, до сих пор широко используются в медицинской практике. - Это дело! - обрадовался Борис. - Завтра я тебе их принесу. Постарайся расшифровать их побыстрее. - Нет вопросов, тащи, - промычал Илья Леонидович набитым ртом, протягивая руку за очередным пирожком с грибами и луком. - А ведь это неплохая мысль, - подтвердил Валентин.- Ламы в своих монастырях такое творили! И вообще тибетская и китайская медицина могут делать чудеса, причем без всякой химии, которой в наших незрелых организмах уже больше чем достаточно. - Тебе ли говорить о незрелости, - поддела его Инна, имея в виду стокилограммовый вес Валентина. - Ну уж, извините, - откликнулся Валентин. - Хорошего человека должно быть много, - и подняв стул вместе с сидевшей на нем Инной, закружился по комнате. - С ума сошел, надорвешься... отпусти, скорее отпусти, ведь тяжело, дурачок! - ласково взъерошив его волосы, проговорила Инна. - Ничего, сдюжим! Мне почему-то кажется, что после сегодняшнего вечера у меня должно получиться. У меня теперь все должно получиться. Потому что я тебя люблю! - и, звонко чмокнув Инну в щеку, он опустил стул на место...
Читать дальше